Форма входа
Читем онлайн Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
она в последний раз обращается к ним с помоста в этой школе.
Обращается к ним, чтобы сказать:
– Те, кто может сам дойти домой, – немедленно идите. Тех, кто не может, мы проводим или сообщим родителям, чтобы пришли за вами. Ни под каким предлогом не выходите из дома, пока алькальд не распорядится, договорились?
Повисает леденящая тишина, пока кто-то из ребят не спрашивает снова:
– А что случилось-то?
Ответ дает Хуана своим голосом оратора, пассионария, воительницы:
– Настало время вам показать себя ответственными сеньорито и сеньоритами. Война пришла сюда, ребята. Она на пороге долины. Но не бойтесь: наши отважные ополченцы защищают ее всеми силами. И Республика пришлет подкрепление. Нужно только следовать указаниям Комитета обороны.
Да, она улыбнулась. И говорила убедительно, словно предсказательница, которая читает будущее в кофейной гуще. Может быть, поэтому реакция ребят была не такой, как ожидала Лали, опасавшаяся, что начнется хаос.
Вскрикивают лишь немногие. Кое-кто громко ахает и охает, но в основном ребята принимают новость спокойно.
– Все будет хорошо, правда, – говорит кордовская учительница с улыбкой.
Но Лали знает, что та лжет. И Хуана знает, что Лали знает, что она лжет. Возможно, поэтому они обмениваются заговорщическими взглядами, как будто деля на двоих тяжесть этой спасительной лжи, грубой, но необходимой.
– А теперь, старшие, вы можете идти. Остальные, подождите, мы вас проводим домой.
Этот обмен взглядами, этот мост, который они перекинули над бездной, станет для Лали и Хуаны единственной опорой, когда случится самое страшное.
Слух промчался по деревне, как быки в августовские праздники урожая.
– Война пришла!
Безудержный, он пронесся в считаные минуты, сметая листья, которые в этом году начали опадать раньше времени, скашивая урожай, наливая последние стаканы вина в обоих заведениях деревни: и в хересной бодеге у Рубио, и у доньи Бернардины с ее недорогими обедами.
Слух заставил все замереть, стоило кому-то крикнуть, что война уже в Ронде, в нескольких километрах от деревни.
Первыми слух разнесли старшие школьники, которые по распоряжению учительниц отправились домой, – глашатаи новостей с первой страницы газеты. И скоро, в пасмурный полдень, множество жителей деревни собралось на площади перед зданием городского совета, требуя от Комитета обороны ответа: как быть, когда подступит колонна генерала Варелы.
– Надо всем эвакуироваться, – говорят одни.
– Надо дожидаться ополчения сьерры, – кричат другие.
А между этими крайностями – возгласы отчаяния, сетования, воззвания к Богу, которого нет, и вскидывание кулаков в знак поддержки крестьянской революции.
На площади перед школой, не обращая внимания на гул голосов, доносящийся с улиц, учительницы стараются успокоить ребят.
– Слушайте только нас, хорошо, дети?
Они разделили на две группы учеников, которые сами не смогли уйти домой. Это самые маленькие или те, кто живет далеко от школы.
– Лали, ты проводи Асусену, Рамона, Педрито, Эстрелью, Пабло и Тринидад. Они все живут в той стороне, в нижней части деревни. Хорошо?
Севильянка кивает. Она смотрит на улочку, которая, как излучина реки, отходит от площади, и снова поворачивается к своим ребятам. Раскинув руки, она с улыбкой обнимает их всех сразу, как спортивную команду.
– А я отведу тех, кто живет в верхней части, – продолжает Хуана и указывает на вторую группу, в которой ребят немного больше.
Лали кивает ей и снова улыбается самой ласковой улыбкой, обращаясь к детям.
– Послушайте меня внимательно, ребята. Вы сейчас крепко беретесь за руки и ни за что их не разнимаете, договорились? Мы будем идти все вместе и каждого проводим домой, к маме с папой.
При словах «мама» и «папа» сразу, как по мановению руки фокусника, появляются робкие улыбки, словно дети еще не осознаю́т, что родители не всегда правы и не обладают тайной магической формулой, которая защитит их от буки, собирающего непослушных малышей в мешок.
– Все будет хорошо, не волнуйтесь.
И она смотрит в их лица. Лицо Асусены, такое смышленое, лицо Педрито, такое живое, лицо Рамона. Лали старается унять тревогу в его глазах и растягивает губы в улыбке – все говорят, что перед ее улыбкой невозможно устоять.
– Просто слушайтесь меня, договорились?
Но сама она не может отделаться от мысли о том, что мир, в котором они живут, быть может, рухнет уже сегодня вечером; мир, где сеют и жнут на общинных землях, мир, где готовят пучеро и мигас[19], мир, где вечерами у жаркого очага рассказывают истории и отбивают ладонями ритм песен.
Перед тем как они расходятся в разные стороны, каждая со своей группой учеников, Хуана делает ей знак.
– Когда закончим, встречаемся на площади у школы, договорились?
Лали кивает, крепко сжимает руки Педрито и Эстрельи и возглавляет маленькую процессию, будто утка, ведущая за собой утят. Как только они уходят с площади и сворачивают в переулок, она слышит среди цветочных горшков и вьющихся растений, карабкающихся по оконным решеткам, голоса, призывающие воевать и вооружаться. Лали смотрит на своих ребят, на их сцепленные ручки, и снова натягивает на лицо улыбку, надеясь оградить их от того, что происходит совсем рядом.
Через несколько минут она подходит к первой двери, к дому Рамона в паре кварталов от школы, стучится, а потом спрашивает, припав к дверному кольцу:
– Вы дома? Это Эулалия, учительница вашего сына. Откройте, пожалуйста.
Несколько секунд ничего не происходит, а потом раздается скрежет ключа в замке.
– Что случилось, Лали, ради всего святого? Я слышала голоса, но не стала выходить.
Мать Рамона выглядывает в приоткрытую дверь. Ее зовут Конча, обычно слова только и ждут подходящей секунды, чтобы вылететь у нее изо рта, как птицы из клетки.
Увидев ее, сын бросается через порог, в убежище ее объятий.
– В Ронде были бои, – отвечает Лали, стараясь говорить уверенно и убедительно, как Хуана в классе. – Война близко. Не выходите из дома, пока алькальд не даст четкие указания, хорошо?
Конча не находит слов – возможно, впервые в жизни. Она смотрит на вереницу детей и сдерживает слабый стон. Лали думает о том, что страх безлик сам по себе, но сейчас она вдруг отчетливо видит его на лице этой женщины.
– Ч-что?
Страх, внезапная бледность, дрожащий голос, дрожащая рука на дверной ручке.
– Все будет хорошо, Конча. Не волнуйтесь.
Больше говорить и нечего. Они коротко прощаются, обе уповают на Бога, выражают сожаление, хлопает дверь. Лали разворачивается и тем же путем ведет свою процессию обратно на главную улицу. Там она смотрит на ребят, решая, куда идти дальше. Насколько она помнит, вроде бы Асусена живет неподалеку.
– Твой дом в той стороне, да, солнышко? – спрашивает она у девочки, указывая рукой.
Та кивает, и через пару минут Лали стучится в дверь
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро бесплатно.
Похожие на Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро книги
- Русская миссия Антонио Поссевино - Михаил Юрьевич Федоров - Историческая проза / Повести
- Миг власти московского князя - Алла Панова - Историческая проза
- Здравствуйте, Elissa Fox - Галина Сергеевна Ефимова - Русская классическая проза
- Двенадцать стульев - Евгений Петрович Петров - Разное / Русская классическая проза / Юмористическая проза
- Избранное - Хуан Хосе Арреола - Русская классическая проза
- Очень хотелось солнца - Мария Александровна Аверина - Русская классическая проза
- Господа Головлевы - Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин - Разное / Русская классическая проза / Прочий юмор
- Дом Кёко - Юкио Мисима - Классическая проза / Русская классическая проза
- Под Старым мостом - Валерий Брюсов - Русская классическая проза
- Рожденные жить - Константин Изотов - Русская классическая проза