Форма входа
Читем онлайн Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
возобладала воля Хосе.
Вот только Лали – уже не та его Лали, которая после очередной шалости, в которую втянула сестер, свертывалась клубочком у ног отца, опустив голову, как нашкодивший щенок.
– Я должна ехать, папа, – отвечает она.
И думает о Хоакине, о Педрито, о Роке.
– Нет, ты не поедешь.
Ей вдруг вспоминается один из последних дней в Алькала: конец учебного года, угощение от матерей учеников, групповой снимок на фоне школы, подарки, объятия, робкие слезы, выступившие кое у кого из ребят – у Пакито, у Хесуса.
У нее самой.
– Поеду, папа. Прости. Это мой долг. Я учительница.
Еще она думает о своих однокурсницах из Нормальной школы, об Агустине («Что бы сделала она на моем месте?»), о тех, кто вдохновлял ее с трибуны, как Анхель Льорка, как Хуста Фрейре.
– Не поедешь, – отвечает Хосе твердо, не готовый отступить ни на шаг.
Они смотрят друг на друга. Между Лали и ее родителями уже не трещина, а разлом.
– Тут, в Севилье, я сижу без дела, папа. Время идет, учебный год вот-вот начнется. А мне, может быть, даже не дадут преподавать. Или я вообще подпаду под чистку. И такие слухи ходят.
Хосе фыркает.
– Ну хватит, не говори глупостей, как тебя могут…
Тут Мерседес шагает к дочери.
– Но ты ведь понимаешь, что задумала, Лали, ради всего святого? Война же идет! – кричит она, морща нос, как всегда, когда сердится, и чуть ли не скаля зубы по-волчьи.
Дальше вмешивается Хосе, изображая доброго полицейского.
– Лали, подумай хорошенько. Хоть Хуана и говорит, что у них ситуация под контролем, ты сама знаешь: на войне может произойти что угодно. Тем более, говорят, там сейчас орудуют марокканцы[18], режут коммунистам головы направо и налево.
Да, регулярные войска Франко наступают на юге Андалусии, но говорят, что настоящая их цель – Мадрид, так что они наверняка обойдут стороной оставшиеся андалусские оплоты Республики, такие как Малага или Сьерра-де-Кадис. А сьерру никто не знает лучше, чем батраки, недавно сменившие мотыги на винтовки и вступившие в ополчение, – то самое ополчение, которое, по словам Хуаны, как раз и взяло контроль над этой местностью.
«Да, они смогут ее удержать», – убеждает себя Лали. Поэтому она стоит на своем, несмотря на давление родителей.
Стиснутые кулаки, поджатые губы, блестящие глаза.
– Подумай, Лали, – уговаривает мать.
Но она еще никогда в жизни не была в чем-то настолько уверена.
– Я знаю, что война, но я обязана. Я ради этого училась. Вести уроки. Быть учительницей. В этой деревне тридцать или сорок ребят, которые меня ждут. И меня просят о помощи. Мне все равно, кто на какой стороне. Там дети, которым я нужна.
Повисает ледяная тишина.
Мерседес колеблется. Хосе хочет что-то сказать, но у него не получается.
– Ты всегда говорил мне о чувстве долга, папа, – продолжает Лали, ловя взгляд отца. – И о чести. Так вот, пришло время мне их проявить. Пришло мое время.
Снова тишина, напряженная, мучительная, но через две или три секунды Хосе первым все понимает.
– Ох, Мерче…
С поникшим видом, уже признав поражение, он вздыхает и медленно, словно исполняя ритуал, поворачивается к жене. Ему не нужно много слов, чтобы сказать это.
– Нет, Хосе, нет… – сопротивляется она.
Сказать это. Что дочь все-таки поедет в Алькала-дель-Валье. Что они не смогут ей помешать.
13
Алькала-дель-Валье, сентябрь 1936 года
– Сеньорита, границу проехали! – кричит с водительского места разъезжий торговец и дважды стукает в стенку кузова.
Условный знак отдается дрожью по всей машине.
Фургон всю дорогу трясется по булыжникам, внутри жарко и душно, пот водопадом катится по долинам ее тела.
– Есть! – отзывается Лали из-под муслина в одном из ящиков в кузове.
Она поднимает голову, выбирается из-под ткани и глубоко дышит сухим жарким воздухом фургона. Потом садится на ящики с товарами и смотрит в окно, дребезжащее на каждом ухабе.
Они въехали в Cьерра-де-Кадис, на неопределенную полосу, границы которой она не смогла бы точно начертить, между мятежной территорией, где заправляют повстанцы, и землями, верными Республике, которые контролирует ополчение.
– Все в порядке, сеньорита? – спрашивает торговец, которого пропускают с товарами через границу в ту и в другую сторону, потому что пограничники с ним в доле.
Когда она в первый раз приехала в Алькала-дель-Валье, стояла весна, в полях кипела работа, полным ходом шел сев, а в долине пахло влажной землей и цветами. Теперь же все совсем по-другому, и она едет через сьерру с неясным ощущением, которое не может истолковать. С одной стороны, она рада, что снова будет вести уроки и встретится со своими ребятами, а с другой – внутри что-то сжимается, когда она думает о семье, с которой простилась после множества поцелуев и предательски льющихся слез.
– Пиши нам каждый день, ради Бога, Лали.
И она будет им писать, будет думать о них, даже будет молиться за них этому Богу, который всегда на устах у матери, хотя сама Лали от него ускользнула, словно играя в прятки, как только окончила католическую школу.
Фургон попадает в выбоину на дороге, и на пару секунд ящики в кузове подскакивают.
– Да, все хорошо, кабальеро! – отзывается Лали.
Через несколько минут машина останавливается у площади перед городским советом. На этот раз учительницу дожидается не алькальд, а Хуана. Лали выбирается из фургона со своим чемоданом, встает обеими ногами на землю Алькала и, наполнив грудь пылающим воздухом площади, видит ее под апельсиновым деревом – чуть ли не единственным местом, где есть тень в этот душный, расплавленный день.
Лали спешит к ней, радостно раскинув руки.
– Здравствуй, Лали!
Пока Хуана идет навстречу, севильянка ее разглядывает. Похоже, она совсем оправилась после несчастного случая, – когда они прощались в июне, Хуана еще прихрамывала, – и, несмотря на жару и беременность, вся сияет.
Взгляд у нее все такой же – глубокий и синий, как ляпис-лазурь.
– Ты не представляешь, как я тебе благодарна, что ты приехала, Лали, – говорит ей Хуана, заключая севильянку в объятия.
– Это был мой долг, – отвечает она теми же словами, которыми в итоге убедила семью. – Я не могла оставить ваш зов без ответа. Ох, да дай же на тебя посмотреть, ради Пресвятой Девы!
Она отступает на шаг и с улыбкой разглядывает, как под блузой вырисовывается животик.
– Как твоя беременность?
Хуана отвечает, положив руку на живот.
– Пока все хорошо. И с тошнотой уже справляюсь лучше.
Лали смотрит на ее живот; на первый взгляд это можно было бы принять за обычное вздутие, но уже угадывается непостижимая тайна зарождающейся новой жизни.
– Имя выбрала?
Хуана снова смеется.
– Куда там! Мы с Сальвадором никак не можем
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро бесплатно.
Похожие на Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро книги
- Русская миссия Антонио Поссевино - Михаил Юрьевич Федоров - Историческая проза / Повести
- Миг власти московского князя - Алла Панова - Историческая проза
- Здравствуйте, Elissa Fox - Галина Сергеевна Ефимова - Русская классическая проза
- Двенадцать стульев - Евгений Петрович Петров - Разное / Русская классическая проза / Юмористическая проза
- Избранное - Хуан Хосе Арреола - Русская классическая проза
- Очень хотелось солнца - Мария Александровна Аверина - Русская классическая проза
- Господа Головлевы - Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин - Разное / Русская классическая проза / Прочий юмор
- Дом Кёко - Юкио Мисима - Классическая проза / Русская классическая проза
- Под Старым мостом - Валерий Брюсов - Русская классическая проза
- Рожденные жить - Константин Изотов - Русская классическая проза