Форма входа
Читем онлайн Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
не верит своим ушам. Нет, этого не может быть.
– Н-н-но…
Через три дня на похоронах Альба все еще будет гадать, не было ли это просто предсмертным бредом.
– Наверное, ты бредишь из-за лекарств, мама. Это неправда.
Проститься с ней приедут со всех концов комарки: из Фуэнте-де-Кантос, из Кабеса-ла-Вака, из Сегура-де-Леон. Приедут из провинции Севильи и даже из Мадрида, и по залу для траурных церемоний прошествуют десятки семей батраков, которых графство всегда кормило и для кого у доньи Роси всегда находилось христианское милосердие.
Роси снова ощупывает пустоту белых простыней. Альба протягивает ей руку, отводя глаза, из которых против ее воли медленно и ровно потекли слезы.
– Разумеется, это правда…
А вот в глазах Роси слез уже нет, только спокойная, окончательная убежденность в том, что смерть приближается и от нее не сбежать, как не сбежал тот слуга из притчи о встрече в Самарре.
– Такая же правда, как то, что я умираю, дочка.
Когда донья Роси была настроена серьезно, никто не смел ей противоречить, даже смерть, которая прибыла на встречу с графиней ровно через три дня после разговора, который состоялся у нее с Альбой за пять сотен километров от поместья в Ла-Манче.
В поместье Альба возвращается все реже, там ее всюду подстерегают обрывки забытого прошлого, которое осталось в Сьюдад-Реале, – бег наперегонки по пшеничным полям, галоп ее лошади, первые тайные свидания на сеновале, – когда она приняла дерзкое решение уехать в столицу и поступить на юридический факультет («Юридический, дочка, ну зачем, ради всего святого?»), потому что ничто иное так не досадило бы дону Элисео, который мечтал видеть Альбу супругой какого-нибудь дворянина.
– Как ты, Альба? Хорошо спала? – спрашивает ее Фелиса.
Она тоже осталась в Сьюдад-Реале. Фелиса служит экономкой в усадьбе, а еще именно она кормила Альбу грудью почти до трехлетнего возраста.
– Да, Фели, – отвечает Альба и садится на свое место в столовой в главном крыле, где будет подан завтрак. – Как будто и не уезжала.
Альба единственная, кто ее так зовет – Фели. Самые первые ее воспоминания в доме связаны с этой андалусской служанкой, которая пела ей колыбельные и укачивала ее, пока родители устраивали вечеринки в саду. Многие даже говорили, что кажется, будто Альба на самом деле – дочь Фелисы, а не графской четы.
– Засыпай, малышка. А я спою тебе еще одну песню моего родного края.
Сейчас Фелисе за шестьдесят, она сохранила свою улыбку, иногда единственную, осенявшую дом – как будто богатым доступно все, кроме счастья. Такого счастья, которое для женщины превращается в способ сопротивления; у Фелисы уже начался климакс, и она давно утратила надежду снова стать матерью после той преждевременной смерти, которая оставила ее сердце пустым, а груди – полными молока.
– Вот и славно. Подождем сеньора, прежде чем подавать завтрак?
Альба кивает с теплой улыбкой. Сеньор, о котором говорит экономка, – это просто Давид, и она еще не привыкла, что их обоих теперь называют так, как принято среди аристократов. Но рано или поздно привыкнет, ведь теперь она графиня де Басан, как бы она ни пыталась от этого сбежать.
– Думаю, он скоро спустится, Фели. Можно уже подавать на стол. Только давай я тебе помогу, хорошо?
Фелиса машет на нее руками, как будто отгоняя мошку.
– Еще не хватало, помогать она мне будет! Сиди, Альба.
Она все равно идет следом за Фелисой на кухню и принимается разливать кофе из кофейника. Она уже не первый год задумывается, нужна ли вообще прислуга в доме. Экономка Фелиса, ключник Хенаро, конюх Мингито.
– Это позор, что в Испании до сих пор существуют такие порядки, – упрекала Альба дона Элисео. – Неужели Фелиса не заслуживает иметь свою жизнь, а не только быть нашей прислугой?
А дон Элисео с аристократическим высокомерием усмехнулся:
– Чтобы были такие люди, как мы, милая, должны быть такие, как они. Бросай эти глупости, лучше думай о своих корнях.
Альба молчала, потому что никогда не могла найти, что возразить отцу, но с тех пор, как поступила в университет, она не переставала думать о своих корнях. И наконец поняла. Благодаря Мадриду, благодаря подпольным кругам, где она познакомилась с Давидом, который слушал английский рок и разбрасывал антифашистские прокламации. Там она наконец впервые осознала свои корни.
Ее корни. Дворянский титул, восходящий к эпохе Карла III, дедушка – сторонник националистов (как-то раз сам каудильо[13] приезжал поохотиться в их семейных угодьях), батраки и слуги обоего пола, которые сейчас, как и в старину, кланялись, когда ее отец проходил мимо.
Поэтому, когда донья Роси ошарашила ее новостью в палате мадридской клиники «Консепсьон», в глубине души Альба с самого начала уверовала в то, что это может оказаться правдой.
– Милая? – доносится на кухню голос ее мужа.
Альба возвращается в столовую с подносом, на котором стоят кофейные чашки и молочник с подогретым молоком. Фелиса идет следом с другим подносом, с хлебом и выпечкой, а за ней из кухни тянется аромат поджаренных тостов.
– Ты сегодня рано встала, да? – спрашивает ее Давид.
Альба кивает. Она целует мужа в губы и садится рядом. Фелиса тем временем ставит перед ними поднос и собирается уйти обратно на кухню.
Но Альба ее останавливает.
– Подожди, Фели. Садись за стол с нами.
Фелиса удивленно оборачивается.
– Что?
Молодая графиня указывает на стул.
– Теперь я хозяйка в доме, верно? Так вот, теперь многое изменится. Например, я хочу, чтобы ты завтракала с нами, Фели.
Экономка колеблется, как будто чувствует, что один из законов, действовавших в доме десятки лет, сейчас падет жертвой французской революции.
«Прислуге не место за господским столом», – сказали бы дон Элисео или донья Роси.
– Все в порядке, не беспокойся, – настаивает Альба и похлопывает по спинке стула рядом с собой. – Садись скорее сюда, я тебе кое-что хочу рассказать.
После нескольких секунд колебаний экономка садится за стол, который больше тридцати лет накрывала по три или четыре раза в день. Давид наливает ей кофе, Альба намазывает тост. Фелиса делает глоток кофе, пар от которого извивается у нее перед глазами, как танцующая кобра. Удивленно смотрит на свою сеньору.
– Что рассказать?
Альба откусывает пару кусочков от тоста. Она размышляет.
Пока что она никому, кроме Давида, не рассказывала о том, что узнала от матери, но возможно, что Фелисе что-то известно. Все-таки у нее были очень доверительные отношения с доньей Роси.
– Видишь ли, Фели. Перед смертью моя мать, царствие ей небесное, раскрыла мне тайну, которую хранила всю мою жизнь.
Фелиса изумленно поднимает брови.
– Что за тайну, Альба?
Девушка смотрит на
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро бесплатно.
Похожие на Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро книги
- Русская миссия Антонио Поссевино - Михаил Юрьевич Федоров - Историческая проза / Повести
- Миг власти московского князя - Алла Панова - Историческая проза
- Здравствуйте, Elissa Fox - Галина Сергеевна Ефимова - Русская классическая проза
- Двенадцать стульев - Евгений Петрович Петров - Разное / Русская классическая проза / Юмористическая проза
- Избранное - Хуан Хосе Арреола - Русская классическая проза
- Очень хотелось солнца - Мария Александровна Аверина - Русская классическая проза
- Господа Головлевы - Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин - Разное / Русская классическая проза / Прочий юмор
- Дом Кёко - Юкио Мисима - Классическая проза / Русская классическая проза
- Под Старым мостом - Валерий Брюсов - Русская классическая проза
- Рожденные жить - Константин Изотов - Русская классическая проза