Форма входа
Читем онлайн Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
еще не знала, как Лали умеет проявлять инициативу.
8
В маленькой школьной капелле стоял полумрак, только янтарный свет, пробираясь через решетку исповедальни, вырисовывал геометрические узоры на скамейках.
Было обычное сентябрьское утро, а может быть, октябрьское или ноябрьское.
Лали ушла с урока биологии, чтобы исповедаться. На биологии всегда было скучно и время тянулось так медленно, что казалось, будто все часы в школе остановились.
Поэтому, когда сестра Анхелика объявила, что пришел священник принимать исповедь, она первой подняла руку.
– Радуйся, Мария пречистая.
Она всегда любовалась тем, как падает сквозь решетку исповедальни свет, который как будто исходит от самого дона Андреса, отделенного тонкой занавеской от места, куда полагается сесть грешнику.
Лали села на место грешника, сама не зная, в чем на этот раз согрешила.
– Без греха зачатая.
И, как всякий раз на исповеди, начала рассказывать о своих проступках:
– Ну, позавчера я не убрала со стола, и мама меня отругала.
Из таких мелких прегрешений и состояла обычно вся исповедь, совсем не похожая на мучительные признания, которые священнику приходилось выслушивать от взрослых.
– А еще в воскресенье у меня был день рождения, и я подралась с сестрой.
Дон Андрес обычно на каждый грех рассеянно отвечал: «Бог простит», – а в конце налагал одну и ту же епитимию: три раза прочесть «Аве Мария» и один раз «Отче наш». Однако на этот раз, услышав последний названный Лали грех, он как будто заинтересовался и устроился поудобнее.
– Сколько лет тебе исполнилось, Эулалия?
Лали заметила даже сквозь занавеску, что он вдруг почему-то изменился в лице.
– Одиннадцать.
Священник поерзал на сиденье.
– Одиннадцать? Ах, Пресвятая Дева, какая взрослая ты стала.
Лали опять стала смотреть, как танцует свет на скамейках в пустой капелле.
Пустой, не считая священника и ее самой.
– Скажи-ка, не было ли у тебя нечистых мыслей, Эулалия?
Девочка не понимала, о чем он.
– Нечистых?
Она заметила, как дон Андрес за разделявшей их занавеской опустил взгляд на ее голые коленки, торчащие из-под школьной юбки.
– Мыслей о мужской плоти, Эулалия.
Она тоже посмотрела на свои коленки, тощие и костлявые, не понимая, что в них особенного и почему дон Андрес вдруг заговорил о плоти мужчины.
– О мужской плоти? – невинно переспросила она.
Повисла тишина, а дальше все случилось очень быстро.
Длинные сморщенные пальцы протянулись из-за занавески, нарушив границу между божественным и человеческим; холодный пот, чувство беззащитности, когда понимаешь, что происходит что-то, но не понимаешь, что именно, и, наконец, взрыв – она вскочила и, не сказав ни слова, бросилась бежать в класс, а сердце у нее колотилось так бешено, словно хотело вылететь наружу.
– Девочка моя, куда же ты? Вернись! – донеслось у нее из-за спины.
Карандаш выводит неуклюжую, кособокую букву, немного спотыкаясь в том месте, где она должна переходить в следующую, на соединении «д» с «о», потом «о» с «м» и, наконец, на хвостике «м», который заканчивает слово.
Оторвав грифель от бумаги, Пакито поднимает глаза и ищет взглядом Лали.
– Д-О-М. Смотрите, получается «дом», сеньо!
Как и вчера, треть парт в классе пустует. Сейчас время сбора урожая, а крестьянская семья не может отказаться от такого подспорья, как крепкие или хотя бы крепнущие руки мальчика, который уже принял первое причастие.
– Молодец, Пакито! – кричит ему Лали, стоя у парты Хосе, которому сейчас помогает.
Учительница предпочитает не сидеть за своим столом, как на троне, а ходить по классу, словно по полю среди колосьев, от одного ученика к другому: «Тебе понятно, Хоакин? У тебя получится, Педрито!», – стараясь каждому дать именно то, что требуется. Она это запомнила на всю жизнь из лекции по педагогике, которую читал Анхель Льорка в Нормальной школе в Севилье: «Каждому ребенку – то, что ему нужно. Не более».
Лавируя между партами, она подходит к Педрито, который гордо демонстрирует листок со словом «дом», словно произведение искусства.
– А теперь, Педрито, напиши еще одно слово: «очаг». Хорошо?
Хотя она преподает тут всего несколько дней, она успела почти всех запомнить по именам. Вчера вечером, читая при свече учительские дневники и записи Хуаны, Лали постаралась выучить имена учеников с помощью мнемонических правил, которые пригодились ей для подготовки к квалификационному экзамену.
– Пакито – как пакет тянучек, такой же сладенький.
– Хосе – хохотун и себе на уме.
– Роке – рослый парень, сидит на галерке.
Лали берет у малыша карандаш и аккуратно пишет, останавливаясь после каждого штриха – кружок «о», хитрый крючок «ч», – чтобы мальчик не запутался.
– Это несложно, сейчас сам увидишь.
Мальчик смотрит на слово «очаг», проговаривает его по буквам себе под нос, а потом берет карандаш так, как показывала учительница – «как художник держит кисточку», – и, высунув кончик языка, начинает вдохновенно выводить линии.
Пока на листочке вырисовывается неуклюжий, но многообещающий «очаг», Лали оставляет мальчика и дальше обходит класс. Она замечает, что на последних партах, где сидят высокие ученики, некоторые из них перестали писать и болтают между собой, даже не пытаясь выполнить задание.
Она обращается к тому, кто у них за главного, – Хуана ее о нем предупреждала.
– А ты что, Роке, уже сдался? – улыбается ему Лали.
Гордо поднятая голова, выдающийся подбородок, широкие плечи. Парень смотрит на нее из-за парты серьезно, с вызовом. Ему четырнадцать, он в школе один из самых старших, и с тех пор как Лали ведет уроки, она еще не видела, чтобы он участвовал в работе класса: он не хочет ни повторять гласные, ни решать арифметические задачи, ни изучать в группах строение растений.
– Да мне это все неинтересно, – огрызается парень, скрестив руки. – Я здесь не по своей воле, знаете ли. И вы меня не заставите ничего делать.
Класс молчит. Лали знает, что все взгляды сейчас устремились на Роке и на нее. Знает, что эта ситуация должна стать примером.
– И по чьей же воле ты здесь? – спрашивает она.
Она прекрасно знает ответ, но хочет, чтобы парень произнес его сам. Она читала его личное дело: Хуана вчера в таверне отдала ей личные дела, которые завела на всех учеников, и свои учительские дневники.
Роке Мартинес, сын дона Хавьера, крупного землевладельца и скотовода, отстает в учебе, невнимателен и незаинтересован. Родители требуют, чтобы он ходил в школу, и это вызывает у него сопротивление. В классе он пользуется авторитетом. Желательно привлечь его на сторону учителя.
Привлечь на сторону учителя. Лали прекрасно понимает, что это значит.
– А чем ты увлекаешься, Роке? – спрашивает она, пытаясь подобрать ключ к парню.
Но он щелкает языком, презрительно оттопыривает верхнюю губу и озирается вокруг, ища подтверждения своей правоты. Того, что он
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро бесплатно.
Похожие на Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро книги
- Русская миссия Антонио Поссевино - Михаил Юрьевич Федоров - Историческая проза / Повести
- Миг власти московского князя - Алла Панова - Историческая проза
- Здравствуйте, Elissa Fox - Галина Сергеевна Ефимова - Русская классическая проза
- Двенадцать стульев - Евгений Петрович Петров - Разное / Русская классическая проза / Юмористическая проза
- Избранное - Хуан Хосе Арреола - Русская классическая проза
- Очень хотелось солнца - Мария Александровна Аверина - Русская классическая проза
- Господа Головлевы - Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин - Разное / Русская классическая проза / Прочий юмор
- Дом Кёко - Юкио Мисима - Классическая проза / Русская классическая проза
- Под Старым мостом - Валерий Брюсов - Русская классическая проза
- Рожденные жить - Константин Изотов - Русская классическая проза