Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Эти ценности, думает Лали, всегда сопровождали ее во время обучения в Нормальной школе и подготовки к экзамену. Представление об образовании не как о некоей благотворительности, а как о вкладе в будущее.
– В таком случае, думаю, мы с ней поладим, – отвечает она, твердо решив продемонстрировать на своей первой работе, что она тоже сознательный педагог.
Кандидо негромко смеется – кажется, у него есть особая манера смеяться, чтобы выразить тем самым согласие. А затем предлагает:
– Хотите с ней познакомиться? Она живет в учительском доме при школе. Думаю, она не будет против, если мы к ней заглянем.
Лали кивает, и следом за алькальдом они обходят школу. За ней обнаруживается небольшая пристройка. Алькальд останавливается перед узкой дверью и негромко стучит. Пока они ждут ответа, Хосе ставит чемодан Лали на землю и спрашивает алькальда:
– А где же тогда будет жить моя дочь?
Кандидо поворачивается к ним и любезно приподнимает брови.
– Сеньориту Эулалию мы поселим тут неподалеку, у доньи Паки. Если сеньорита не возражает, то поживет у нее, пока будет здесь работать.
Лали кивает, зная, что другим учительницам в сельских школах порой приходится ночевать в куда менее комфортных условиях: стелить матрас на полу прямо в классе или спать на сеновале.
Вскоре дверь пристройки открывается.
– Да?
Пристальный взгляд синих, как горный ручей, глаз.
– Здравствуйте, Хуана! Это Эулалия, она будет вас заменять.
4
В доме звучит граммофон. На полках много книг. Кто-то однажды сказал Лали: когда видишь, как человек при тебе читает книгу, сама книга рассказывает, кто он такой.
– Здравствуйте! – говорит Хуана.
Лали вдруг вспоминает эти слова, глядя на книгу Елены Фортун из серии о приключениях маленькой Селии[6], – учительница держит ее так, чтобы не потерять страницу, которую читала, словно проявляя к роману почтение в духе алькальда.
– Эулалия, это Хуана, штатная учительница нашей школы.
Они улыбаются друг другу. Хуана откладывает книжку на столик в прихожей и тянется расцеловаться с Лали, а та вместо этого протягивает для приветствия руку. Растерявшись на мгновение, обе затем невинно смеются и все-таки обмениваются поцелуями в щеку.
– Рада познакомиться, Хуана.
От Хуаны пахнет лавандой и корицей, у нее кордовское произношение, с открытыми гласными на конце слов.
– Взаимно, Эулалия. Давай на «ты»?
Пока она здоровается с Хосе, обмениваясь поцелуями в щеку (на этот раз обходится без путаницы), Лали рассматривает учительницу. Хуана чуть постарше ее, наверное, ей двадцать с небольшим. Гладкие черные волосы, яркое цветастое платье, глубокий взгляд, доброжелательная улыбка.
Правая нога у нее по колено в гипсе.
– Ох, да что же вы в дверях стоите, проходите! – Балансируя на здоровой ноге, она отступает от порога и впускает гостей. – Налить вам чего-нибудь? Вы наверняка устали с дороги.
Подхватив костыль, свободной рукой Хуана указывает в сторону гостиной. Места немного, но учительница со вкусом обставила свое маленькое жилье так, что оно походит на городскую квартиру. Несколько расписных стульев с плетеными сиденьями за обеденным столом. У окна, выходящего во двор, стоит тумбочка с граммофоном, из которого звучит «Ария» Баха. Маленький кухонный уголок. И книги – много книжных полок, а еще цветы в горшках, портреты и семейные фотографии в рамках.
– Как у тебя красиво! – восхищается Лали, осматриваясь вокруг.
Она всегда мечтала о чем-то подобном, о собственном пространстве, которое могла бы украсить по своему вкусу, вылепить, как из глины, заполнить красивыми вещами и книгами – дома она до сих пор делит маленькую комнатку с сестрами: Карминой и Исабелитой.
– Спасибо. Места немного, зато уютно, правда? – говорит Хуана и, опираясь на костыль, мелкими шажками идет к обеденному столу.
Сквозь решетчатые ставни с геометрическим узором в дом заглядывает ласковое солнце.
Вдруг Лали чувствует, как что-то касается ее лодыжек. Она опускает взгляд.
Это здешний библиотекарь.
– Лукас, не лезь к гостям.
Серый котик с двумя забавными пятнышками на спине, мурлыча, вьется вокруг ног девушки.
– Ох, ну что за кот. Иди, не приставай!
Лали машет, «все в порядке», и наклоняется погладить кота. Тот выгибает спину, как волна на отливе.
– Это кто тут такой ласковый, а? – говорит Лали, почесывая его под подбородком.
Потом по приглашению Хуаны они рассаживаются на плетеных стульях. Сперва Лали, потом Хосе, поставив на пол вещи дочери, и, наконец, Кандидо, который поначалу отнекивается, мол, не хочет навязываться, но по настоянию учительницы все-таки садится за стол.
– Вы нисколько не навязываетесь, алькальд. Буду только рада.
Хуана направляется в кухонный уголок за керамическим кувшином, который стоит с краю, на маленьком столике. Потом разливает воду по стаканам с ловкостью виночерпия, тонкой ровной струйкой. Лали вызывается помочь и подносит стаканы мужчинам – те остались за столом, вдруг разговорившись о погоде в горах.
– Большое спасибо!
Все ненадолго замолкают, наслаждаясь удивительно холодной водой.
– Как твое здоровье? – спрашивает Лали учительницу, указывая на ногу в гипсе.
Хуана усмехается, отмахиваясь:
– Ты про ногу? Да было бы о чем говорить! Вообще-то я уже пошла на поправку. – Она улыбается и приподнимает правую ногу. – Уже получается понемногу ходить. Но доктор говорит, надо еще несколько недель отлежаться, чтобы все окончательно восстановилось. А я ему: несколько недель? Доктор, я же с ума сойду за столько времени в четырех стенах! Еще и уроков не вести! Можешь себе представить, Эулалия. Я, как любая учительница, не могу без дела.
Лали кивает с пониманием.
– Ох, сочувствую!
Но Хуана строит насмешливую гримасу.
– Да ну тебя! Не переживай ты так. Нет же худа без добра: теперь у моих ребят будешь ты. Я уверена, ты прекрасная учительница.
Прекрасная учительница. Сколько себя помнит, Лали всегда хотела стать учительницей, и ей кажется, эта мечта сопровождала ее, как ангелы-хранители, которых все время поминает бабушка: «Да сбережет тебя твой ангел-хранитель, Лали». В детстве, с тех пор как научилась сама вставать на ножки, Лали больше всего любила играть с куклами в школу: сажала их в ряд и рассказывала им сказки или объясняла уроки.
Пока не родилась Исабелита – младшая сестренка беспрекословно стала ее первой настоящей ученицей.
– Спасибо, уверена, что и я многому у них научусь, – спешит ответить Лали, вдруг зардевшись.
Она совсем не ожидала услышать похвалу: преподаватели в Нормальной школе предупреждали, что штатные учителя не всегда хорошо принимают своих заместителей. «Как будто боятся рядом с вами выглядеть хуже».
Но с Хуаной, похоже, этого не стоит опасаться: она и сама не так давно выпустилась, судя по книгам, которые Лали видит у нее
- Русская миссия Антонио Поссевино - Михаил Юрьевич Федоров - Историческая проза / Повести
- Миг власти московского князя - Алла Панова - Историческая проза
- Здравствуйте, Elissa Fox - Галина Сергеевна Ефимова - Русская классическая проза
- Двенадцать стульев - Евгений Петрович Петров - Разное / Русская классическая проза / Юмористическая проза
- Избранное - Хуан Хосе Арреола - Русская классическая проза
- Очень хотелось солнца - Мария Александровна Аверина - Русская классическая проза
- Господа Головлевы - Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин - Разное / Русская классическая проза / Прочий юмор
- Дом Кёко - Юкио Мисима - Классическая проза / Русская классическая проза
- Под Старым мостом - Валерий Брюсов - Русская классическая проза
- Рожденные жить - Константин Изотов - Русская классическая проза