Форма входа
Читем онлайн Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
муж, вернувшись домой после церемонии.
Дорога домой занимает у Лали больше часа. Почему-то она все время обращает внимание на них, на этих Луисито, на маленьких детей, которых взрослые едва замечают, как будто они в этом мире не более чем массовка. Она роется в сумке, достает ключи и отпирает дверь.
Она кричит, как каждый вечер:
– Я дома!
Потом проходит по коридорчику с семейными фотографиями, макраме и морскими пейзажами до гостиной их маленькой квартиры. Тут ее ждет Клементе, он встает, приветствуя жену.
– Добрый вечер, милая!
Давным-давно Клементе ей сказал, что, если понадобится, он пойдет за ней, даже если будет рушиться мир, но мир пока так и не рухнул. Может быть, как раз поэтому, несмотря на то что прошло так много времени – тридцать пять лет, восемь месяцев и три дня, – он как будто по-прежнему стремится завоевать ее сердце.
Завоевать ее сердце.
– Как прошел твой день, Лали? Иди сюда, дай я тебя поцелую.
Их губы встречаются, аккуратно, робко, благопристойно.
– Ох, как же я устала, Клеме, – вздыхает она, расстегивая трикотажную кофту, в которой она утром немного замерзла, а днем запарилась.
– Как новая девочка?
В доме тихо. Дети уже давно живут отдельно, внуки приезжают только на выходные.
– Умненькая, но неуверенная в себе, – отвечает Лали, усаживаясь на диван перед купленным в рассрочку телевизором. – Сама себя стопорит, поэтому учителям с ней трудно. Мне кажется, родители на нее очень давят, отсюда и неуверенность. Бедняжка, в девять-то лет.
Он ехидно усмехается.
– Нынешние девятилетние не то, что в наше время, Лали. Теперь у детей много удобств.
Жена посмеивается.
– Мне бы таких, Клементе.
– Кого?
Она встречается с ним глазами и язвительно улыбается.
– Удобств, конечно, душа моя.
В девять лет Лали воспитывала младшую сестренку Исабелиту, а по ночам упорно училась читать, тайком зажигая свечу.
Клементе в девять лет работал в поле и ходил за коровами, которые его лягали, если он слишком сильно дергал за вымя. А дальше были лозунги раскалывающейся Испании, вскинутая в салюте рука, рубашка с расстегнутым воротом.
– А у тебя как день прошел, Клеме?
Он тоже вздыхает – каждый изображает, будто влачит свой крест, – и садится на диван рядом с ней.
– Хорошо, только – уф! – в больнице уже становится душно, представляешь?
Лали кивает. Да, весеннее солнце в этом году прямо-таки жарит. Хорошо, что в квартире Рейес есть современный вентилятор американской фирмы; правда, шумит он так, что им с ученицей казалось, будто над ними кружит стая птиц.
– Как говорится, если в марте как в мае…
Лали обычно не заканчивает поговорки, потому что предполагает, что собеседник и так знает вторую половину. Клементе кивает. Он работает санитаром в больнице Синко-Льягас в Макарене. Среди всего медицинского персонала нет никого, кто знал бы больницу лучше, чем он. Он устроился туда после войны, когда молодая пара обосновалась в Севилье после скромной и поспешной свадьбы.
Слухи, которые никто не мог проверить.
– Что у нас на ужин? – спрашивает он после паузы.
– Я овощной суп сварила, – отвечает Лали и поднимается с дивана.
Она направляется на кухню, а он смотрит ей вслед, любуясь покачиванием ее бедер. Через несколько минут она возвращается в гостиную с двумя глубокими тарелками, в которых приплясывают кусочки моркови и картофеля. С ее появлением муж убирает со стола вязаную скатерть и, перед тем как снова сесть, переключает телевизор на центральный канал.
Это их ежевечерний танец – скатерть, суп, телевизор, – танец любви, отточенный годами, со счетами за ипотеку и разговорами на диване.
«Далее в программе: последние новости Испании…» – объявляет Хесус Эрмида, ведущий передачи «24 часа».
Лали он не нравится. Есть в нем что-то такое – комедиантское, что ли.
– Не включай так громко, душа моя! – упрекает она, хлопнув его по спине. – Мы же еще не оглохли.
Он поспешно встает прикрутить громкость. А когда снова садится на диван, театрально прикладывает руку к уху:
– Что-что ты сказала? – шутит он подрагивающим голосом. – Я не расслышал!
– Поделом тебе, – отвечает Лали, сдерживая смех. – Не надо выкручивать на максимум.
Клементе кивает и смотрит на нее, как смотрел столько раз, очарованный изгибом ее губ.
– Ты смеешься так, как, наверное, смеются ангелы, – сказал он ей много лет назад.
Потому что Лали в юности могла осветить ночь своей улыбкой.
– Бурбоны и Франко породнились! – объявляет ведущий приторно-медовым голосом. – Женитьба Альфонса Бурбона-и-Дампьера, внука Альфонса XIII, на Кармен Мартинес-Бордиу, внучке генералиссимуса, укрепит союз между режимом и королевским домом, – продолжает он.
Лали цокает языком, пока по телевизору идут кадры брачной церемонии. Внучка удивительно хороша, а у жениха такая осанка, какая бывает только у королей и могильщиков.
– Союз? А что, интересно, об этом думает дон Хуан, которого Франко на пару с Хуаном Карлосом решили обойти? – возмущается Лали.
Супруги обычно обсуждают за ужином вечерний выпуск новостей, и порой это выливается в разгоряченные дебаты, победительницей из которых почти всегда выходит жена.
– Наверняка Франко продумал, дорогая…
Она в ответ только раздосадованно фыркает и продолжает, не слишком заботясь о выборе слов.
– Да что эта старая развалина может продумать?
Клементе с иронией смотрит на Лали. Его забавляет, когда она ворчит. Она становится похожа на свою мать, Мерсе́дес, и точно так же морщит нос, когда чем-то недовольна.
– Над чем смеешься? – спрашивает она.
Сейчас супруги могли бы затеять очередную дискуссию, из-за которых они обычно забывают о новостях, полностью сосредотачиваясь на доводах друг друга. Аргументы Лали, высказываемые свободно, без ограничений, к каким надо прибегать вне дома, – только в семейном кругу или на занятиях она может распоряжаться своими словами как пожелает. Суждения Клементе – примирение с прошлым, нужно думать о будущем Испании и так далее.
Они могли бы снова поспорить, но вдруг их останавливает звонок в дверь – «трень-трень», – который всегда напоминал Лали стрекотание цикад.
Они переглядываются.
– Кто это может быть в такое время? – удивленно спрашивает он.
Лали встает первая.
– Не знаю, пойду посмотрю.
Она подходит к двери и заглядывает в глазок.
– Здравствуйте! Вы дома?
Она и вообразить не могла, кто за дверью.
– Кто там?
Лали рассматривает ее через глазок. Молодая женщина с длинными темными волосами, в джинсах. На вид одного возраста с Аной, старшей из троих детей, которые родились у них подряд, как будто родительство – это забег на сто метров.
– Есть кто дома?
Наконец Лали открывает дверь и ждет, что скажет девушка.
– В-вы Эулалия Моралес? – спрашивает та.
Говор у нее нездешний.
– Да, это я. Могу чем-то помочь?
Эулалией ее называют только незнакомые люди – с тех пор, как себя помнит, она всегда была Лали. Во всяком случае, в первых воспоминаниях, из которых в ее памяти складывается счастливое детство,
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро бесплатно.
Похожие на Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро книги
- Русская миссия Антонио Поссевино - Михаил Юрьевич Федоров - Историческая проза / Повести
- Миг власти московского князя - Алла Панова - Историческая проза
- Здравствуйте, Elissa Fox - Галина Сергеевна Ефимова - Русская классическая проза
- Двенадцать стульев - Евгений Петрович Петров - Разное / Русская классическая проза / Юмористическая проза
- Избранное - Хуан Хосе Арреола - Русская классическая проза
- Очень хотелось солнца - Мария Александровна Аверина - Русская классическая проза
- Господа Головлевы - Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин - Разное / Русская классическая проза / Прочий юмор
- Дом Кёко - Юкио Мисима - Классическая проза / Русская классическая проза
- Под Старым мостом - Валерий Брюсов - Русская классическая проза
- Рожденные жить - Константин Изотов - Русская классическая проза