Форма входа
Читем онлайн Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
распоряжается Росаура. – Потом за тобой придут и заберут в кабинет, отведенный для медицинского исследования доктора Вальехо. Рассчитываю, что ты будешь сотрудничать. Не каждый день выпадает возможность так помочь Испании, как поможешь ты.
Лали кивает. Они не прощаются, только обмениваются презрительными взглядами.
Кабинет представляет собой небольшое помещение в западной галерее, которое привел в пристойный вид кто-то из надзирательниц, кому поручили угодить гостям. Это ей удалось, во всяком случае, она обустроила комнату с некоторым вкусом – помещение действительно похоже на кабинет врача-психиатра. Шторы, несколько растений в горшках, стол красного дерева с тремя стульями по одну сторону и одним-единственным по другую, а над этим всем, словно благословляя кабинет, портрет каудильо в королевской позе, торжественно взирающий на доктора.
– Добрый день. Сеньорита Эулалия Моралес?
Доктор Антонио Вальехо-Нагера сидит за письменным столом, по флангам расположились двое молодых людей в белых халатах, которые в течение всего собеседования будут писать на своих листках.
– Да, это я.
Врач строгим движением указывает на стул напротив него. У Лали все еще болит колено, она чувствует холод и сырость в костях, как будто по-прежнему сидит в карцере. Она идет к письменному столу, приглядываясь к двоим ассистентам, сидящим по обе стороны от доктора, – нет ли среди них того, о ком говорила сестра Мария.
– Добрый день, – говорит она с легким поклоном, прежде чем сесть.
Тут она его узнает. Тот, что слева от доктора, чуть растянул губы в улыбке, когда увидел ее; это он увел Хуану шесть дней назад – шесть дней, которые кажутся шестью годами, – когда кордовскую учительницу отобрали для участия в эксперименте.
– Полагаю, сеньорита, вам известно, зачем вы здесь.
Доктор складывает руки на столе и изучающе смотрит на Лали в ожидании ответа.
– Для психиатрического эксперимента, разве нет? Вы же сами рассказывали несколько дней назад во дворе тюрьмы. Я внимательно слушала.
Он кивает, удовлетворенный ответом.
– И вам должно быть известно, что вас мы отобрали для участия по причине инцидента, который вы устроили в камере и которому я и мои помощники были свидетелями. Более того, один из моих ассистентов настоял, чтобы мы выбрали именно вас. Полагаю, это лучше, чем оставаться в том месте… в карцере, не так ли?
Лали кивает. Доктор, упомянув ассистента, указал на молодого человека по правую руку от себя, того, с кем она встретилась взглядом перед тем, как Росаура бросила ее в карцер.
– Ах, где мои манеры, сеньорита, – вдруг спохватывается врач. – Прошу прощения, мы не представились. Я доктор Антонио Вальехо-Нагера, и со мной сегодня мои помощники, сеньор Хуан Хосе Кабальеро и сеньор Клементе Пенья.
Он указывает на них по очереди, ассистенты отрываются от своих бумаг, чтобы кивнуть Лали.
Клементе, теперь она знает его имя.
– Мы совместно с доктором Хуаном Мартинесом, главным врачом психиатрической больницы Малаги, который сегодня не смог присутствовать, проводим эксперимент с целью подтвердить гипотезу о том, что в вас, красных женщинах, присутствует некая патология. Некая свойственная марксистам особенность психической организации, которая обусловливает делинквентное поведение и беспорядочный образ жизни, и особенность эта не идеологического, а генетического характера. Полагаю, вам известно, что одна из целей новой Испании – искоренить все зло, что было порождено красными варварами за республиканский период. Это зло, сеньорита, не есть нечто умозрительное, оно существует во плоти, мыслит и обитает в нашей стране. Найти его иногда непростая задача. Поэтому, если настоящее исследование подтвердит гипотезу, которую я выдвигаю, мы несомненно поможем достижению этой благородной цели, которую испанский народ доверил каудильо. – Он делает паузу. Прикусывает нижнюю губу. Улыбается. – Вы согласны, сеньорита?
Лали склоняет голову в знак согласия. Она снова пытается поймать взгляд Клементе, но тот почти не поднимает глаз от авторучки, которой торопливо пишет. Благодаря ему она при посредстве сестры Марии вышла из карцера. Но она так и не знает почему. И, может быть, не узнает никогда.
– Я объясню вам, сеньорита, в чем состоит этот процесс. Вы здесь потому, что мы отобрали группу заключенных, совершивших политические преступления и обвиняемых в антиклерикализме, марксизме или публичных беспорядках. Фактически большинство заключенных, с которыми мы беседуем, уже приговорены к смерти или тюремному заключению, и лишь немногие все еще находятся в ожидании суда, как вы или та беременная учительница, с которой вы дружите, как мне сообщили. По сути, только инцидент в вашей камере, в котором вы были главным действующим лицом, побудил сеньора Клементе Пенью и вашего покорного слугу включить вас в программу.
Лали и Клементе смотрят друг на друга. У него застенчивый, почти робкий взгляд, который совсем не вяжется с тем, как он напускает на себя вид покорителя дамских сердец. Она продолжает гадать почему. Почему он ей помог.
– Поскольку вы человек образованный, сеньорита, полагаю, вы все поймете с первого раза. В течение нескольких сеансов мы будем с вами беседовать и анализировать ваши фенотипические черты с целью выявить общие особенности с другими заключенными, исследуемыми в данной тюрьме. Вы согласны?
Лали кивает. Она не знает, есть ли у нее право отказаться, но подозревает, что любой ответ, кроме положительного, будет означать возвращение в карцер. Она вдруг думает о Хуане: та тоже согласилась или пыталась сопротивляться?
– Начнем с первого блока вопросов. Информирую вас, сеньорита, что вы обязаны ответить на все вопросы, какими бы личными или неприятными они ни были.
Лали колеблется. Она знает Хуану, та наверняка послала их куда подальше.
– Приступим…
Доктор смотрит на помощника, которого представил как Хуана Хосе, и тот пронзительным надтреснутым голосом задает первый вопрос:
– Вы родились в Севилье и получили диплом учителя в Нормальной школе вашего города, это верно?
– Да, все так, – подтверждает Лали.
Пока он задает вопросы, Клементе по другую сторону от доктора заполняет бумаги. Хуан Хосе продолжает:
– Расскажите о вашей семье. Как бы вы охарактеризовали экономическое положение своих родителей? Очень хорошее, хорошее, удовлетворительное, плохое.
Она думает о них. Она бы что угодно отдала, лишь бы оказаться сейчас под крылом родителей.
– Удовлетворительное.
– Занятие отца?
– Охранник на табачной фабрике.
Хуан Хосе кивает. Доктор пристально смотрит на девушку и отводит взгляд только затем, чтобы достать портсигар из кармана пиджака.
– Были ли в вашей семье прецеденты участия в левых движениях?
Доктор прикуривает сигарету от спички и делает первую глубокую затяжку.
– Мой отец не интересуется политикой. Зато интересуется мой дядя Томас, я недавно узнала, что он находится в тюрьме в Севилье.
– За что? – спрашивает вдруг доктор посреди следующей затяжки.
– За членство в социалистической партии.
Клементе пишет в блокноте. Лали через стол удается разглядеть, как он выводит слово «социалист».
– Еще
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро бесплатно.
Похожие на Учительница из Севильи - Хосе Антонио Лусеро книги
- Русская миссия Антонио Поссевино - Михаил Юрьевич Федоров - Историческая проза / Повести
- Миг власти московского князя - Алла Панова - Историческая проза
- Здравствуйте, Elissa Fox - Галина Сергеевна Ефимова - Русская классическая проза
- Двенадцать стульев - Евгений Петрович Петров - Разное / Русская классическая проза / Юмористическая проза
- Избранное - Хуан Хосе Арреола - Русская классическая проза
- Очень хотелось солнца - Мария Александровна Аверина - Русская классическая проза
- Господа Головлевы - Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин - Разное / Русская классическая проза / Прочий юмор
- Дом Кёко - Юкио Мисима - Классическая проза / Русская классическая проза
- Под Старым мостом - Валерий Брюсов - Русская классическая проза
- Рожденные жить - Константин Изотов - Русская классическая проза