Рейтинговые книги
Читем онлайн Лунный камень, Когда опускается ночь - Уилки Коллинз

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 233 234 235 236 237 238 239 240 241 ... 267
Только подумай – он трудится над скульптурами, будто на хлеб себе зарабатывает, и считает это развлечением! Только вообрази – он принадлежит к одному из лучших пизанских семейств, а стремится к славе художника. Да он не в своем уме! Погоди, погоди! Сейчас будет самое интересное. Его отец и мать умерли, у него на свете нет ни одного близкого родственника, который мог бы призвать его к благоразумию, он холост и сам распоряжается всем своим состоянием. Милая моя, он же напрашивается, прямо напрашивается на то, чтобы нашлась умная женщина, которая протянет руку и приберет его денежки!

– Да-да, теперь понимаю. Богиня Минерва – умная женщина, и она протянет руку и приберет его денежки с исключительной ловкостью.

– Прежде всего нужно устроить так, чтобы он сам мне их предложил. Учти, позировать я буду не ему, а его наставнику Луке Ломи – это он работает над статуей Минервы. Моделью для головы послужила его дочь, а теперь ему нужна натурщица для рук и бюста. Насколько я слышала, мы с Маддаленой Ломи почти одного роста и различаемся лишь тем, что у меня статная фигура, а у нее плохая. Я предложила ему позировать через одну знакомую, которая помогает в мастерской. Если мастер согласится, меня наверняка представят нашему богатому юному господину, а остальное предоставь моей красоте, многочисленным достоинствам и хорошо подвешенному языку.

– Погоди! Я передумала, не буду пускать двойное кружево. Сделаю в один ряд, но по всему платью волнами, вот так. Ну а кто же эта твоя приятельница, которая помогает в мастерской? Четвертый скульптор?

– Нет-нет, это самое диковинное и самое наивное на свете создание…

Тут в дверь комнаты еле слышно постучали.

Бриджида прижала палец к губам и сердито воскликнула:

– Войдите!

Дверь тихонько приотворилась, и в комнату вошла девушка в бедном, но очень опрятном платье. Она была довольно худенькой и ниже среднего роста, однако лицо и вся фигурка отличались идеальными пропорциями. Волосы у нее были того роскошного красновато-рыжего оттенка, а глаза – того темного фиалкового цвета, которые благодаря портретам Тициана и Джорджоне прославились как венецианский эталон красоты. Ее черты обладали особой, самой редкостной из всех женских прелестей даже в Италии: они были четкими и правильными; как выразился бы художник, ее лицо отличалось «хорошей лепкой». Единственным сколько-нибудь значительным недостатком ее лица была бледность. Щекам, безупречным по форме, недоставало краски. Словом, эта девушка была наделена всеми привлекательными чертами, за исключением цветущего вида – без которого, в сущности, не может быть и речи о настоящей красоте.

Она вошла в комнату с печалью и усталостью в глазах, которые, однако, при виде роскошно разодетой француженки развеялись, сменившись изумлением и даже восторгом. Девушка сразу оробела, растерялась и, немного помешкав, молча повернулась обратно к двери.

– Стой-стой, Нанина, – сказала Бриджида по-итальянски. – Не бойся этой дамы. Она наша новая управляющая, в ее власти осыпать тебя благодеяниями. Подними голову и скажи, чего ты хочешь. Тебе уже исполнилось шестнадцать, Нанина, а ты ведешь себя будто двухлетний ребенок!

– Я просто хотела спросить, не будет ли сегодня работы для меня, – проговорила девушка нежнейшим голосом, который чуть дрогнул, когда она снова попыталась посмотреть на модную француженку-портниху.

– Нет, дитя, такой работы, чтобы ты справилась с ней, сегодня не найдется, – сказала Бриджида. – Ты будешь сегодня в мастерской?

Щеки Нанины приобрели недостающую краску, когда она ответила:

– Да.

– Не забудь передать, что я просила, крошка. А если мастер Лука Ломи спросит, где я живу, скажи, что готова сама отнести мне письмо, но тебе запрещено сообщать подробности о том, кто я такая и где живу.

– Почему запрещено? – наивно спросила Нанина.

– Не задавай вопросов, малышка! Делай, как сказано. А завтра непременно принеси мне любезную записку или устный ответ из мастерской, и тогда я замолвлю за тебя словечко перед этой дамой, и ты получишь работу. Неразумное дитя! Зачем тебе работа, если ты можешь заработать гораздо больше и здесь, и во Флоренции, если просто начнешь позировать скульпторам и живописцам, хотя что им с тебя лепить и писать, я никогда не пойму.

– Я больше люблю работать дома, чем ходить куда-то позировать, – пролепетала Нанина, окончательно сконфузившись, и выскочила из комнаты, от ужаса едва заставив себя сделать на прощание реверанс – вышла диковинная смесь поклона, подскока и книксена.

– А ведь эта нескладная девочка была бы хорошенькой, – заметила мадемуазель Виржини, уже далеко продвинувшаяся в деле раскроя будущего платья, – если бы она знала, как улучшить цвет лица, и одевалась поприличнее. Кто это?

– Та самая моя приятельница, благодаря которой я попаду в мастерскую великого Луки Ломи! – со смехом отвечала Бриджида. – Неожиданный союзник для меня, правда?

– Где ты с ней познакомилась?

– Да прямо здесь; она вечно тут слоняется, просит работу попроще и таскает ее домой, в нелепейшую комнатушку в переулке возле кладбища Кампо-Санто. Однажды я из любопытства проследила за ней и постучала в дверь, когда она была уже дома, будто пришла к ней в гости. Она открыла дверь в такой спешке и так перепугалась – только вообрази! Я вела себя с ней по-дружески, притворилась, будто меня страх как интересуют ее дела, потому и проникла к ней в комнату. Ну и местечко! Один угол отгорожен занавеской, и там у нее спальня. Один стул, одна скамейка, одна кастрюля на очаге. Перед очагом самый что ни на есть нелепый, нестриженый, жуткий пес, пудель – ты в жизни такого не видела; а на скамейке сидит светловолосая девочка и плетет салфетки под столовые приборы. Вот тебе и хозяйство, вот тебе и обстановка. Я спросила: «А где твой отец?» – «Он уже несколько лет назад сбежал и бросил нас», – отвечает моя нескладная маленькая подружка, которая только что вышла от нас, – отвечает простенько, как это у нее в обычае, зато с королевским достоинством. «А мать?» – «Умерла». Тут она подошла к девочке, которая плела салфетки, и стала играть с ее длинными светлыми кудрями. «Это, наверное, твоя сестра? – спросила я. – А как ее зовут?» – «Меня называют Ла Бьонделла», – отвечает дитя, подняв голову от рукоделия. Ла Бьонделла, Виржини, означает «Светловолосая». «А почему вы разрешаете этому огромному косматому уродливому зверю лежать у камина?» – спросила я. «О, это наш любимый старый пес Скарамучча! – воскликнула маленькая рукодельница. – Он присматривает за домом, когда Нанина уходит. Пляшет на задних ногах, прыгает через обруч и падает замертво, когда я кричу: „Бам!“ Скарамучча увязался за нами давным-давно, когда мы шли домой, и с тех пор живет у нас. Он каждый день уходит гулять сам по себе, мы не знаем куда,

1 ... 233 234 235 236 237 238 239 240 241 ... 267
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Лунный камень, Когда опускается ночь - Уилки Коллинз бесплатно.
Похожие на Лунный камень, Когда опускается ночь - Уилки Коллинз книги

Оставить комментарий