Шрифт:
Интервал:
Закладка:
В один холодный осенний вечер кто-то видел, как Франсуа, по своему обыкновению молча и упорно, ставит новый крест на месте прежнего, который в смутные времена разнесли в щепки. А утром его нашли мертвым у подножия священного символа, созданного и воздвигнутого за ночь. Там его и похоронили, и священник, освятивший могилу, позволил Габриэлю вырезать на деревянном кресте эпитафию отцу. Это были всего лишь инициалы покойного со следующей надписью: «Молитесь за покой этой души – он умер раскаявшимся и совершил много добрых дел».
О патере Поле Габриэль слышал с тех пор только раз. Добрый священник написал на ферму письмо, показав тем самым, что не забыл семейство, так сильно обязанное ему счастьем. На письме значилось: «Из Рима». Патер Поль рассказывал, что за служение на благо бретонской церкви его наградили новым, гораздо более почетным заданием. Его отозвали из прихода и назначили главой миссии, которой вскоре предстояло отправиться в далекие дикие земли, дабы обращать их жителей в христианскую веру. А перед отбытием он, как и его братья, разослал прощальные письма всем своим друзьям, поскольку все избранные, которым доверили миссию, прекрасно знали, что достичь поставленной цели сумеют, только если будут готовы с радостью отдать свою жизнь во имя своей веры. Патер Поль благословлял Франсуа Сарзо, Габриэля и всю его семью и в последний раз передавал им всю свою любовь.
В письме был постскриптум, адресованный Перрине, и она часто перечитывала его со слезами на глазах. Священник просил, чтобы она, если у нее будут дети, в знак того, что она помнит патера Поля и как христианина, и как друга, научила их молиться о благословении трудов патера Поля в дальних странах (и выражал надежду, что и сама она станет молиться за него).
Братская просьба священника не была забыта. Когда Перрина учила свое первое дитя первой молитве, она велела малютке после нескольких простых слов, произнесенных на коленях у матери, добавлять: «Боже, благослови патера Поля».
Этими словами монахиня закончила свой рассказ. А затем показала на старое деревянное распятие и сказала мне:
– Это одно из тех, что сделал Франсуа. Через несколько лет оказалось, что оно очень пострадало от непогоды и его больше нельзя оставлять на прежнем месте. Один бретонский священник подарил его монахине из нашего монастыря. Теперь понимаете, почему мать настоятельница всегда называет его реликвией?
– Да, – ответил я. – По правде говоря, если найдется кто-то, кто выслушает историю этого деревянного креста и не согласится, что мать настоятельница подыскала ему самое подходящее название на свете, значит вера его не достойна ни малейшего уважения.
Пролог к шестому рассказу
Когда мне в последний раз случилось надолго задержаться в Лондоне, однажды утром нас с женой немало удивила и позабавила следующая записка, адресованная мне и нацарапанная мелким, неразборчивым и словно бы иностранным почерком.
Профессор Тицци выражает самое дружеское благорасположение к мистеру Керби, художнику, и полон желания получить свой портрет, с которого сделает гравюру, дабы поместить ее в начало пространного труда «Жизненное первоначало, или Незримая сущность жизни», который профессор в настоящее время готовит к печати и к вечной славе.
Профессор выделит художнику пять фунтов и будет с удовлетворением взирать на свое лицо как на предмет, запечатленный для обозрения публики по разумной цене, если мистер Керби согласится с вышеприведенной суммой.
Дабы подтвердить, что профессор способен выплатить пять фунтов, а не только предложить их, на случай если у мистера Керби по неведению возникнут несправедливые подозрения, ему предлагают обратиться к достопочтенному другу профессора мистеру Ланфрею в Роклей-плейс.
Если бы не рекомендация в конце этого странного послания, я, безусловно, счел бы его не более чем розыгрышем какого-нибудь проказливого приятеля, решившего выставить меня дураком. Так или иначе, я сомневался, уместно ли относиться к заказу профессора Тицци сколько-нибудь серьезно, и, вероятно, попросту бросил бы записку в огонь и забыл о ней, если бы со следующей почтой не пришло письмо от мистера Ланфрея, которое избавило меня от всяческих сомнений и немедленно отправило искать знакомства с ученым первооткрывателем жизненного первоначала.
Не удивляйтесь, – писал мистер Ланфрей, – если получите странное послание от одного весьма эксцентричного итальянца, некоего профессора Тицци, прежде служившего в Падуанском университете. Я знаю его уже несколько лет. Научные исследования – его маниакальное увлечение, а тщеславие – главная страсть. Он написал книгу о квинтэссенции жизни; кроме него самого, ее никто не читал, однако же он полон решимости напечатать ее с собственным портретом на фронтисписе. Если вы можете позволить себе удовлетвориться тем небольшим гонораром, который он предлагает, непременно соглашайтесь: профессор – поразительный персонаж, с которым стоит познакомиться. Должен упомянуть, что уже много лет назад его отправили в изгнание по какой-то нелепой политической причине, и с тех пор он живет в Англии. Все деньги, унаследованные от отца – почтового подрядчика на севере Италии, – идут на книги и эксперименты, однако, думается, я могу ручаться за его финансовую состоятельность, по крайней мере если речь идет о баснословной сумме в пять фунтов. Если вы сейчас не очень заняты, на него стоит посмотреть. Он вас наверняка позабавит.
Профессор Тицци жил в северном пригороде Лондона. Подойдя к его особняку, я увидел, что он невероятно запущен и грязен, по крайней мере снаружи, однако во всех остальных отношениях ничем не отличается от соседних «вилл». Звонить пришлось дважды, после чего парадные ворота в сад мне открыл подозрительный желтолицый старик-иностранец в поношенном платье и полностью, с головы до ног,
- Лунный камень - Уилки Коллинз - Классический детектив
- Закон и женщина - Уилки Коллинз - Классический детектив
- Мертвая комната - Уилки Коллинз - Детектив / Классический детектив
- Тайна - Уилки Коллинз - Классический детектив
- Человек в черном - Уилки Коллинз - Исторический детектив / Классический детектив
- Дочь Иезавели - Уилки Коллинз - Детектив / Разное / Классический детектив
- Тайна потерянного камня: Приключения Кейт и Бена - Павел Волшебников - Прочая детская литература / Детские остросюжетные / Прочие приключения
- Байки рыжей Кошки - Stacy Dark - Прочие приключения / Ужасы и Мистика
- Приключение Арчибальда Д'энуре: проклятье камня и пепла - Роман Сергеевич Тимохин - Героическая фантастика / Попаданцы / Прочие приключения
- Морской разбойник и торговцы неграми - Сю Эжен - Прочие приключения