Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Ага, – сказал он, прервав молчание, – догадались наконец?
Я отпустил его воротник и уронил голову на грудь. В оправдание своего безрассудного поступка должен напомнить – этой семье я служил полвека. Ребенком мисс Рейчел не раз забиралась мне на колени и дергала меня за усы. Для меня мисс Рейчел при всех ее недостатках всегда была самой дорогой и прелестной юной госпожой, какая только бывает у старого любящего слуги. Я попросил у сержанта Каффа прощения, но, признаться, глаза у меня были на мокром месте, да и голос дрожал.
– Не сокрушайтесь, мистер Беттередж, – сказал сержант гораздо мягче, чем я мог бы от него в этой ситуации ожидать. – Если бы мы, при нашей профессии, были обидчивы, от нас было бы мало толку. Можете, если это доставит вам удовольствие, схватить меня за шиворот еще раз. Как это делается, вы не имеете ни малейшего представления, но, принимая во внимание ваши чувства, это простительно.
Кривая полуулыбка свидетельствовала о том, что своей репликой он остался доволен.
Я отвел его в свою комнатушку и закрыл за нами дверь.
– Скажите мне правду, сержант, – сказал я. – Кого вы подозреваете? Негоже сейчас скрывать это от меня.
– Я не подозреваю, – сказал сержант Кафф. – Я знаю.
Я почувствовал, что мой дурной нрав дает себя знать и я опять выхожу из себя.
– Уж не хотите ли вы сказать, что мисс Рейчел украла свой собственный брильянт?!
– Да, – сказал сержант, – именно это я и хочу вам сказать. Мисс Вериндер с самого начала прятала Лунный камень у себя и эту тайну доверила Розанне Спирмен, поскольку понимала, что подозревать в воровстве будут ее. Как видите, все проще простого. Можете опять, если так вам будет легче, схватить меня за шиворот, мистер Беттередж.
Нет, легче мне, клянусь Богом, не стало.
– Объясните, как вы пришли к такому выводу, – с трудом произнес я.
– Объясню, но завтра, – сказал сержант. – Если мисс Вериндер откажется отложить поездку к тетке (а вы увидите, что откажется), я буду вынужден завтра же изложить вашей госпоже во всех подробностях, как обстояло дело. Поскольку я не знаю, как миледи воспримет мои слова, попрошу вас присутствовать при нашем разговоре и выслушать обе стороны. Но это – завтра, сегодня же оставим все как есть. Нет, мистер Беттередж, больше вы от меня о Лунном камне не услышите сегодня ни слова. Стол накрыт, аппетит – одна из многих человеческих слабостей, к которым я всегда отношусь с пониманием. Пока вы будете звонить слугам, я прочту молитву: «Господи, Боже наш, благослови нам пищу и питие…»
– Желаю вам хорошего аппетита, сержант, – сказал я. – А вот у меня аппетит пропал. Я прослежу, чтобы вас накормили должным образом, а потом, с вашего позволения, уединюсь и постараюсь прийти в себя.
Я проследил, чтобы сержанта накормили досыта, и нисколько не расстроился бы, подавись он за ужином костью. В это время явился со своим еженедельным отчетом старший садовник, мистер Бегби, и сержант с энтузиазмом заговорил о розах и садовых дорожках, засаженных травой, а не посыпанных гравием. Я в этой беседе участия не принимал и вышел из комнаты. На душе у меня было тяжело, впервые за долгое время ни трубка, ни даже столь испытанное средство, как «Робинзон Крузо», были не в силах меня утешить.
Снедаемый тревогой и грустными мыслями, лишенный на время собственной комнаты, я вышел на террасу, чтобы в тиши и покое обдумать происходящее. Каким размышлениям я предавался, не столь важно. Я ощущал себя старым, изнуренным и непригодным для занимаемого места; впервые в жизни задумался я над тем, когда же Господу угодно будет забрать меня к Себе. И тем не менее, несмотря на все происходящее, я продолжал всецело доверять мисс Рейчел. Даже если бы сержант Кафф был царем Соломоном во всей немеркнущей славе своей, даже если бы он сказал мне, что моя юная госпожа замешана в дурном и низком деле, я бы знал, что ответить Соломону, мудрецу из мудрецов: «Ты ее не знаешь, а я знаю».
Мои раздумья были прерваны приходом Сэмюэля, лакей принес мне записку от моей госпожи.
Я вернулся в дом, чтобы прочитать записку при свете. По пути Сэмюэль рассуждал о том, что, похоже, погода вскоре переменится. Последние несколько часов я так волновался, что за погодой не следил. Теперь же, после его слов, обратил внимание: собаки беспокоятся, поднялся сильный ветер. Я посмотрел на небо, тучи становились все чернее, все быстрее застилали они бледную луну. Близилось ненастье. Сэмюэль прав, близилось ненастье.
В записке говорилось, что фризингхолльский судья написал миледи о трех индусах. В начале следующей недели мошенников придется выпустить, и ничто не помешает им вести прежнюю жизнь. И если, писал судья, у нас есть к ним вопросы, то времени терять нельзя. При встрече с сержантом Каффом моя госпожа забыла ему об этом сказать и теперь хотела, чтобы я исправил ее забывчивость. Про индусов я, признаться (как, впрочем, и вы), и думать забыл. Возвращаться к этой теме я особого смысла не видел, однако приказ миледи незамедлительно выполнил.
Когда я вернулся к себе в комнату, сержант Кафф и садовник сидели за бутылкой шотландского виски и рассуждали о том, как выращивать розы. Сержант так увлекся беседой, что при виде меня сделал мне знак рукой не прерывать их разговор. Спор, насколько я мог понять, шел о том, следует ли подсаживать мускусную розу к собачьему шиповнику или нет. Мистер Бегби говорил: «Да, следует!» Сержант Кафф говорил: «Нет, не следует!» Точно мальчишки в пылу спора, они апеллировали ко мне, я же, поскольку в розах не понимаю ровным счетом ничего, избрал путь компромисса. Точно так же, как поступают судьи ее величества, когда не хотят склонить чашу весов в чью-то пользу. «Джентльмены, – заметил я, – каждый из вас прав по-своему». В воцарившейся тишине, последовавшей после столь беспристрастного суждения, я положил записку миледи на стол перед сержантом Каффом.
К этому времени я испытывал к сержанту чувство, близкое к ненависти. В интересах истины должен, однако, признать: что там ни говори, а человеком сыщик был на редкость находчивым.
Пробежав глазами записку, он тут же вспомнил то место в донесении инспектора Сигрейва, где говорилось об индусах, и его ответ был готов. В донесении инспектора Сигрейва говорится об одном знаменитом индийском путешественнике, хорошо знавшем индусов и их язык, не так ли? Очень хорошо. Не знаю ли я имени и адреса этого джентльмена? Опять
- Лунный камень - Уилки Коллинз - Классический детектив
- Закон и женщина - Уилки Коллинз - Классический детектив
- Мертвая комната - Уилки Коллинз - Детектив / Классический детектив
- Тайна - Уилки Коллинз - Классический детектив
- Человек в черном - Уилки Коллинз - Исторический детектив / Классический детектив
- Дочь Иезавели - Уилки Коллинз - Детектив / Разное / Классический детектив
- Тайна потерянного камня: Приключения Кейт и Бена - Павел Волшебников - Прочая детская литература / Детские остросюжетные / Прочие приключения
- Байки рыжей Кошки - Stacy Dark - Прочие приключения / Ужасы и Мистика
- Приключение Арчибальда Д'энуре: проклятье камня и пепла - Роман Сергеевич Тимохин - Героическая фантастика / Попаданцы / Прочие приключения
- Морской разбойник и торговцы неграми - Сю Эжен - Прочие приключения