Рейтинговые книги
Читем онлайн Лунный камень, Когда опускается ночь - Уилки Коллинз

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 219 220 221 222 223 224 225 226 227 ... 267
Поэтому, когда он велел мне пойти и купить дров, хлеба и вина на полученные деньги, мне отчего-то не захотелось оставлять его один на один с незнакомцем, поэтому я отговорился – сказал, мол, уже поздно и сегодня в деревне ничего не купишь (истинная правда). Но твой отец рассердился и велел мне пойти и сделать, как велено, а если лавка закрыта, стучать, пока не откроют. И я пошел, поскольку страшно боялся твоего отца, да, впрочем, и все мы тогда боялись его, но так и не сумел заставить себя далеко отойти от дома – боялся, вдруг что-то случится, хотя и не осмеливался прямо думать об этом. Сам не зная зачем, минут через десять я подкрался к лачуге на цыпочках, заглянул в окно и увидел… Господи, помилуй его, Господи, помилуй меня! Я увидел… я… Дай мне еще попить, Габриэль, я опять не могу говорить – дай попить!

Голоса в соседней комнате утихли, но в последовавшей тишине Габриэль услышал, как сестры целуют Перрину и желают ей спокойной ночи. Все три ложились спать.

– Молись, Габриэль, и научи своих детей молиться, чтобы отец твой обрел прощение там, куда ушел. Я видел его так же ясно, как тебя сейчас, – он стоял на коленях рядом со спящим, и в руке у него был нож. Он вытащил бумажник с деньгами из кармана незнакомца. Хотел взять его себе – но на миг замер и задумался. Думаю – о нет, нет, я уверен! – он сомневался, уверен, он хотел положить бумажник на место, но именно в то мгновение незнакомец пошевелился и приподнялся на локте, словно просыпался. Тогда твой отец не мог больше противиться дьявольскому искушению, и я увидел, как он занес руку с ножом, но больше не увидел ничего. Я не мог смотреть в окно, не мог ни отойти, ни закричать, так и стоял, повернувшись к дому спиной, и дрожал с головы до ног, хотя стояло жаркое лето, и не слышал никаких криков в комнате позади – не слышал ни шороха. От страха я потерял счет времени и не знал, сколько простоял там, пока скрип открывающейся двери дома не заставил меня обернуться, и тогда я увидел перед собой в желтом свете луны твоего отца, державшего на руках окровавленное тело бедняги, который разделил с нами свой хлеб и спал у нашего очага. Тише, тише! Не надо стонать, не надо так плакать! Только в подушку. Тише! Ты же разбудишь всех в соседней комнате!

– Габриэль, Габриэль! – воскликнул голос за занавеской. – Что случилось? Габриэль! Впусти меня, позволь побыть с тобой!

– Нет, нет! – Старик собрал последние силы, пытаясь перекричать ветер, который именно теперь завыл громче прежнего. – Останьтесь там, ничего не говорите, не выходите – я вам приказываю! Габриэль! – Голос его понизился до слабого шепота. – Приподними меня в постели, ты должен дослушать все до конца, приподними меня, я задыхаюсь, мне трудно говорить. Нагнись ко мне и слушай, я уже мало что смогу сказать. О чем же я? А, о твоем отце! Он пригрозил убить меня, если я не поклянусь хранить все в тайне, и я поклялся, испугавшись за свою жизнь. Он заставил меня помочь нести тело – мы пронесли его через всю пустошь – о ужас, о ужас! И луна ярко сияла (приподними меня еще, Габриэль). Ты знаешь валуны за пустошью – языческое капище; знаешь пещеру под валунами, ее еще зовут Купеческий стол; там было достаточно места, чтобы положить его туда и спрятать, а потом мы бросились обратно в лачугу. С тех пор я не осмеливался приближаться к этому месту, о нет, и твой отец тоже! (Повыше, Габриэль! Я опять задыхаюсь!) Бумажник и ранец мы сожгли и даже не узнали, как звали незнакомца, а деньги оставили себе и потратили. (Да ты меня не поднимаешь, ты не слушаешь!) Когда вы с матерью спросили, откуда деньги, твой отец сказал: это наследство. (Габриэль, мне больно, ты меня всего растрясешь, не надо так рыдать!) Они навлекли на нас проклятие, эти деньги, и из-за этого проклятия утонули твой отец и брат, и это проклятие убивает меня сейчас, но я исповедался в грехах – скажи священнику, что я исповедался перед смертью. Не пускай ее, не пускай Перрину! Я слышу, она встает с постели. Ради бога, забери его кости из-под Купеческого стола, похорони их – и скажи священнику (подними меня повыше, подними, помоги встать на колени), если бы твой отец был жив, он убил бы меня, но все равно скажи священнику – ради грешной моей души – пусть помолится, и… не забудь про Купеческий стол, надо похоронить, надо молиться, надо всегда молиться за…

Пока до Перрины едва доносился шепот старика, хотя она не могла расслышать ни слова, она не решалась открыть дверь в перегородке. Но когда шепот, который вселял в нее непонятный, необъяснимый ужас, сначала стал прерываться, а потом окончательно затих, когда она услышала последовавшие за этим рыдания, когда сердце подсказало ей, кто плачет в соседней комнате, – тогда верх одержало иное чувство, сильнее самого сильного страха, и она открыла дверь, не раздумывая и даже почти не дрожа.

Лицо старика было накрыто одеялом; у постели на коленях стоял Габриэль, спрятав лицо в ладонях. Когда Перрина обратилась к нему, он не ответил и не взглянул на нее. Через некоторое время рыдания, сотрясавшие его, стихли, но он все равно не пошевелился, только раз, когда она прикоснулась к нему, и тогда он содрогнулся – содрогнулся под ее рукой! Перрина позвала его сестер, и они заговорили с ним, но он ни слова не произнес в ответ. Они заплакали. По очереди они теребили его, осыпали ласковыми словами, но оцепенение скорби, лишившее его движения и дара речи, не поддавалось человеческим слезам и было сильнее даже человеческой любви.

Уже близился рассвет, и буря постепенно улеглась, но у постели все оставалось по-прежнему. Раз или два Перрина опускалась на колени возле Габриэля и пыталась напомнить ему о своем присутствии, но тщетно – и ей мерещилось, будто старик тихонько дышит, и она даже протягивала руку к одеялу, но ей недоставало смелости ни прикоснуться к старику, ни посмотреть на него. Перрине впервые довелось присутствовать при смертном одре, и тишина в комнате и скорбное оцепенение, охватившее Габриэля, до того напугали ее, что она стала едва ли не беспомощнее двух маленьких девочек. Лишь когда в окно лачуги заглянул рассвет – такой холодный, такой мрачный и все же такой обнадеживающий, – к Перрине понемногу вернулось

1 ... 219 220 221 222 223 224 225 226 227 ... 267
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Лунный камень, Когда опускается ночь - Уилки Коллинз бесплатно.
Похожие на Лунный камень, Когда опускается ночь - Уилки Коллинз книги

Оставить комментарий