Рейтинговые книги
Читем онлайн Игра тайного Санты. Смертельный адвент-календарь - Пер Якобсен

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 44
Бет.

– Да, конечно, – отвечает Адам, поднимаясь и направляясь к двери. Прежде чем открыть ее, он оглядывается на камин – и кочергу, стоящую с ним рядом. В конце концов решает, что, если возьмет ее, это принесет больше вреда, чем пользы. Хлоя не дурочка. Она сообразит, для чего папа собирается ее использовать, и только сильней разволнуется, увидев, что он прихватил импровизированное оружие.

На улице гомон еще громче. Он разносится по заснеженной долине, и Адаму не приходится долго прислушиваться, чтобы понять, что он догадался верно: шум идет из сарая. И это совершенно точно куры. По крайней мере, это их истерическое кудахтанье. Насчет звуков молота Адам по-прежнему не уверен.

– Какого черта там творится?

Адам не имеет привычки разговаривать сам с собой. Он вообще не помнит, чтобы когда-нибудь делал так раньше. Но и в ситуациях, как эта, он раньше не бывал. Один, высоко на склоне горы, в лесной глуши, по пути в сарай, откуда доносятся пугающие звуки, на фоне горного пейзажа, озаренного лунным светом, голубоватым, как в морге…

«Да ладно тебе! Наверняка это какие-нибудь пустяки. Завтра ты над ними посмеешься».

Возможно. Но это не меняет того факта, что ноги отказываются нести его к дверям сарая. И ему не хочется их заставлять.

Однако он заставляет… и шагает по снегу, издающему под его ботинками угрожающие скрипы и стоны. Обеими руками вцепляется в промерзшую скобу, тянет. Колесики у него над головой скрипят по металлической рейке, дверь откатывается в сторону, и на цементном полу сарая разворачивается большой веер лунного света.

Первое, что видит Адам, – лужа. Она на полу, чуть правее машины, и потому сначала он думает, что это машинное масло.

Но нет, это не масло. Это кровь. Вязкая, липкая лужа крови. Похожая на абстрактную живопись… жуткую картину.

И – понимает он с ужасом, – лужа возле машины, возможно, самая большая, но не единственная. В нескольких местах на полу есть еще, поменьше. Возле одной из них багровеет пятно еще и на стене, сантиметрах в двадцати от пола.

Глубоко внутри Адам знает: он должен что-то сделать. Должен действовать. Но он не может. Его тело, его мозг… они не подчиняются. Он будто перегружен сенсорными стимулами. Визг животных, удары молота, вид крови, запах крови, нет, невозможно…

Что-то вырывается из тени в дальнем углу сарая и мчится по полу в его сторону. Он инстинктивно пытается отпрыгнуть в сторону, но от шока движется слишком медленно, и ему не хватает времени увернуться от безголовой курицы, которая врезается ему в ноги и обдает струей горячей крови из вскрытого горла. Брызги крови летят ему на брюки, на куртку, на руки…

Он отшатывается, а безголовая курица меняет направление и мчится влево, к стене, о которую ударяется с гулким стуком. А потом валится на пол и замирает неподвижно.

– К-к-какого черта? – бормочет Адам, переводя взгляд с куриной тушки на свою окровавленную одежду. Не понимая, на что он смотрит.

Когда неизбежное понимание наконец приходит, первым реагирует его тело. Левая рука, почти что сама по себе, начинает тереть кровавое пятно на рукаве. Трет сильней и сильней, пока ладонь не раскаляется до боли.

Следом за моторным рефлексом руки срабатывает мозг. В голове как будто вспыхивает факел, озаряя старое воспоминание школьной поры. Знание, хранившееся в архивах памяти десятилетиями.

Иногда, если отрубить курице голову, вестибулярный нерв и некоторые моторные функции могут сохраниться. И какое-то время курица будет носиться с отрубленной головой.

Природный феномен. Он даже помнит обрывки видеоролика, который им показывали в классе. Но одно дело – смотреть на экране и другое – в реальной жизни. Боже, она же врезалась в него… Прямо в ноги.

Неуверенными шагами он подходит к мертвой курице и приседает на корточки. Ему не хочется ее трогать, но надо все-таки проверить. Адам протягивает дрожащий палец и тычет курице в крыло, сначала тихонько, потом посильнее.

Никакой реакции. Слава богу.

Он делает глубокий вдох, задерживает воздух в легких, а потом медленно, с тихим шипением выпускает – и, как только звук достигает его ушей, кое-что осознает.

Вокруг совершенно тихо. Куры больше не кудахчут, и удары молота тоже прекратились.

Он встает, подходит к стене и нажимает на выключатель. Вдоль деревянных балок по бокам сарая вспыхивают лампы, заливая пространство теплым оранжевым светом.

Свет – что может быть прекраснее! Он придает Адаму храбрости пройти дальше, в глубь сарая.

К клетке с курами.

Он надеется, что подтвердится его лучший сценарий. Что найдется дыра в клетке или отошедшая доска в стене, через которые могла забраться лиса или еще какой-нибудь хищник. Потому что должно же быть объяснение, правда? Какой-то хищник запустил в курицу когти и оторвал ей голову, но его отпугнул шум, поднятый другими животными. Что еще тут могло произойти?

Вот о чем Адам думает, когда останавливается и осматривает клетку. Металлическая сетка надежно закреплена, все стойки целы. Нет ни дыр, ни слабых мест. Перекладины в порядке, и куры вроде все на месте, не хватает только одной. Остальные топчутся по полу, уже забыв о бойне, которая тут произошла. Будь из курятника выход, они сбежали бы, когда поднялась суматоха, правильно? Однако ничего не указывает…

Погодите. В тени за ящиками, где куры несутся, на опилках, которыми засыпан пол, лежит кучка чего-то белого.

Адам щурится. Это снег. Да, точно. А раз есть снег, должно быть и отверстие, через которое он насыпался.

Адам открывает дверцу клетки, осторожно обходит пару недоумевающих куриц и наклоняется над ящиками.

Он был прав. Где-то на уровне его колен над полом в задней стене отошла одна доска. Щель не очень широкая, но ее вполне достаточно, чтобы пролезли лиса или ласка.

С облегчением – хоть и не признаваясь себе в этом – Адам возвращает доску на место и выходит из клетки. Направляется к шкафу, где хранится корм. Кажется, он видел там рулон мусорных мешков… Да, вот он, на второй полке. Адам отрывает один и идет с ним к обезглавленной курице.

Тошнота подкатывает к горлу, когда он берет мертвую тушку и поднимает к глазам. Перья хуже всего – они мягкие и упругие, как губка. И мокрые. От крови.

Затолкав курицу в мешок и завязав края двойным узлом, Адам выбрасывает его в мусорный бак на улице. Потом обходит дом по кругу, подбираясь к окну кухни на задней стороне.

Бет стоит у плиты; она вздрагивает, когда он тихонько стучит в стекло. Резко разворачивается, видит его и одними губами

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 44
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Игра тайного Санты. Смертельный адвент-календарь - Пер Якобсен бесплатно.
Похожие на Игра тайного Санты. Смертельный адвент-календарь - Пер Якобсен книги

Оставить комментарий