Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Они были созданы путешественниками, с ветром за спиной, предназначенные для того, чтобы заполнять дыры, которые не заштопали боги. В небе сияли звезды, но не висела луна, и тогда Временная округлила свое тело в сияющий шар.
— Отличная идея, — сказал один бог, потягивая амброзию, и по образу Временной сотворил луну.
Намерения оленей не всегда очевидны их собратьям, и Временная изогнула свои руки в рога, чтобы животные могли сталкиваться ими в острых схватках и в итоге приходить к какому-то решению. Кончики шнурков всегда были обтрепаны. Временная уменьшилась в сотни раз и с новым чувством уверенности в себе надела на кончики шнурков специальные зажимы. Небеса не хотели встречаться с морем, и тогда Временная сложила себя в тонкую соединительную линию воздуха и тумана, позже названную горизонтом.
В мире становилось все больше разных вещей, но сам он не увеличивался в размерах. Беспорядок создавал впечатление готовности, но Первая Временная знала, что осталось еще немало работы.
— Поумнейте, — предлагала она своим коллегам.
Они заметили отсутствие нормальной посуды и превратились в миски, тарелки, чашки, забытые и оставленные в собственной грязи. Они заметили отсутствие хранилищ и растянулись в шкафы. Они заметили постоянную утечку доброты и сбросили кожу, чтобы сделать из нее сердца и надеть их на рукава как напоминание. Они всегда замечали, с облегчением, изобилие доброты, неизбежно возвращающейся назад.
Временные вырастили выносливые ноги, крепкие руки, более устойчивые к вынужденным трансформациям. Они подходили к местам и заполняли их. Тыся-чи лет менялись, как сигнал светофора, и переходили улицу. Иногда пешеходный переход не сдерживал движение, и все равно временного, сбитого автобусом, редко оплакивали и даже почти не заменяли. В конце концов, кто будет тратить время, заменяя замену? Так что временные обладали своего рода собственным гибким постоянством.
— Ну а теперь вы наймете меня на постоянной основе? — спросила Первая Временная.
— Зайди к нам в офис, — сказали боги, и она проследовала к их столам.
— Мне очень нравится твоя изобретательность, — сказал один бог с намеком на многоточие, и Первая Временная верно предсказала грядущее, зловещее «но».
В наличии не было постоянных позиций.
— А где-то в ближайшем будущем они появятся?
— Возможно, — сказали боги. — Ближайшее будущее — весьма относительное понятие в нашем великом проекте.
— А в каком-нибудь будущем они появятся? — спросила Первая Временная спустя еще сто лет.
— Будущее относительно.
— В будущем? — спросила она, когда календарь напомнил спросить снова.
— Будущее относительно.
— В будущем?
— В будущем.
Первая Временная вышла из офиса богов и зашла в туалет в конце коридора. Это был не то чтобы коридор, понимаете, скорее примерное описание эмоций, связанных с движением и прибытием. Это был не то чтобы туалет, опять же, но ощущался он так же, как туалеты в офисах. Сияющий, с раскатистым эхом, пустой, выложенный плиткой.
Первая Временная заперлась в кабинке и стала Первой Временной, Плачущей в Туалете на Работе, первой в своем роде. Горячие слезы текли по ее лицу, и она вытирала их рукавами. Она сидела на опущенной крышке унитаза в своем платье, притопывая ногой, ожидая, когда слезы отступят. Она была на дне, и в этот момент под дверцей появился ворох носовых платков.
Первая Временная вышла и обнаружила себя в окружении своих временных коллег. Они держали чашки с чаем, и тушь для ресниц, и плитки шоколада.
— Все в порядке! — сказали они, похлопывая ее по плечу и поправляя ей волосы. — Мы подождем, пока тебе не станет лучше, — сказали они. — Нам больше нечего делать. Нам негде быть, кроме как здесь, с тобой.
Взяв себя в руки, она вернулась к своему рабочему месту в сопровождении временных. Затем они снова разошлись, через офис, по миру.
- Учиться говорить правильно - Хилари Мантел - Историческая проза / Русская классическая проза
- Дверной глазок - Екатерина Михайловна Денисова - Русская классическая проза / Ужасы и Мистика
- Дверной молоток - Гусейн Аббасзаде - Русская классическая проза
- Традиции & Авангард. № 4 (7) 2020 - Литературно-художественный журнал - Газеты и журналы / Поэзия / Русская классическая проза
- Наш ребенок - Ана Гратесс - Контркультура / Русская классическая проза / Ужасы и Мистика
- Туристический сбор в рай - Дмитрий Михайлович Липскеров - Русская классическая проза
- Мак и его мытарства - Энрике Вила-Матас - Русская классическая проза
- А.С. Пушкин Маленькие Трагедии - Александр Пушкин - Русская классическая проза
- Этажи - Сергей Коростелев - Русская классическая проза / Ужасы и Мистика
- Ночная проверка, или Панночка помэрла - Елена Нестерина - Русская классическая проза