Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Догнать доходягу не стоило никакого труда, так как он едва брел. Не доходя до него шагов пять, Пик громко крикнул: «Гражданин начальник!» Тот вздрогнул и обернулся. Да, это был Повесь-Чайник. Это его — одутловатое, теперь заросшее седеющей щетиной лицо, и глаза, еще более угрюмые и тусклые. Но они не смотрели сквозь человека, как прежде, а растерянно бегали.
— Повесь на х… чайник! — дурацкой скороговоркой пробормотал десятник. На мгновение глаза бывшего начальника перестали бегать, и в них появилось осмысленное выражение. Но это было выражение бессильной злобы, затравленности и животного страха. Потом оно исчезло, сменившись прежним, тупым и почти бессмысленным. Повесь-Чайник как-то съежился, втянул голову в плечи и неуклюже повернувшись, заковылял куда-то, волоча свою бурку.
- У кромки моря узкий лепесток - Исабель Альенде - Исторические любовные романы / Русская классическая проза
- Девочка из Аушвица. Реальная история надежды, любви и потери - Сара Лейбовиц - Биографии и Мемуары / О войне / Русская классическая проза
- Две смерти - Петр Краснов - Русская классическая проза
- Люди гибнут за металл - Георгий Демидов - Русская классическая проза
- Дубарь - Георгий Демидов - Русская классическая проза
- Избранное в двух томах. Том II - Варлам Тихонович Шаламов - Русская классическая проза
- Крутой маршрут. Хроника времен культа личности - Евгения Гинзбург - Русская классическая проза
- Вальтер Эйзенберг [Жизнь в мечте] - Константин Аксаков - Русская классическая проза
- Узкий круг - Святослав Рыбас - Русская классическая проза
- Щёлковская - Анна Александровна Иванова - Русская классическая проза