Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Вот почему нет в Яго этих нарочито отвратительных черт, нет в его наружности ничего гнусного, что грубо бросилось бы в глаза; это – не простой мерзавец, это – «дорогой мерзавец». «Честный Яго» – так зовут его все, и это – правда, остающаяся правдой до конца, ибо честно стоит Яго на своем черном и дьявольском пути, честно служит он черту, честно отдает ему всю силу своего недюжинного ума и таланта. Потому хотелось бы видеть и Яго так же непохожим на всех окружающих, как непохожи Отелло и Дездемона. Только он светится изнутри иным, темным огнем, какое-то черное сияние окружает его, и кажется все время, что если неожиданно ночью осветить его фонарем, то на стене запляшет не тень поручика Яго, а какая-то другая, бесконечно уродливая и страшная тень.
Вот три действующих лица, которые ведут трагедию. Все остальные – удивительно живые, очень важные, очень интересные, одни больше, другие меньше, – стоят бесконечно далеко от этих трех. Они – пассивные жертвы происходящего, они в существе трагедии не участвуют, как не участвуют в существе жизни большинство людей; злые они или добрые, честные или плутоватые, – их не окружает никакое сияние; они – обыватели; их – много, а этих – всего три.
Если бы нам удалось должным образом поставить этот треугольник, вскрыть тот тайный смысл, которого не уберешь из трагедии Шекспира, мы, думаю, достигли бы многого, и достижения наши превзошли бы все ожидания, о которых мы только можем гадать и на которые можем надеяться.
Обнаружив тайный, скрытый в трагедии Шекспира смысл, мы достигнем того очищения, того катарсиса, который требуется от трагедии; тогда по-новому прозвучит нам заключительное слово о «грустном событии». Ужас озарится улыбкой грусти, как хотел этого Шекспир.
...12 октября 1919
- Размышления о скудости нашего репертуара - Александр Блок - Кино, театр
- Рассказы об античном театре - Станислав Венгловский - Кино, театр
- Работа над собой в творческом процессе воплощения. Смысл творчества – в подтексте - Константин Станиславский - Кино, театр
- Виденное наяву - Семен Лунгин - Кино, театр
- Любимые женщины Леонида Гайдая - Федор Раззаков - Кино, театр
- Те, с которыми я… Олег Янковский - Сергей Соловьев - Кино, театр
- Фото и кино - Осип Брик - Кино, театр
- Отцеубийство в античной и христианской трагедии - Максимилиан Волошин - Кино, театр
- 320 страниц про любовь и кино. Мемуары последнего из могикан - Георгий Натансон - Кино, театр
- Анатомия истории. 22 шага к созданию успешного сценария - Джон Труби - Кино, театр