Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Филипп не был столь нетерпелив. Через доверенное лицо в Англии он женился на Марии 6 марта 1554 года, но добрался до Англии только 20 июля. Англичане были приятно удивлены, найдя его физически и социально терпимым: довольно странное треугольное лицо, покатое от широкого лба к узкому подбородку, украшенное желтыми волосами и бородой; но также любезные манеры, готовое остроумие, подарки для всех, и никакого намека на то, что он и его свита считают англичан варварами. Даже для Елизаветы у него нашлось доброе слово, возможно, предвидя, что Мария может оказаться бездетной, что Елизавета когда-нибудь станет королевой и что это будет меньшим злом, чем воцарение Марии, королевы Шотландии, давно связанной с Францией, на троне Англии. Мария, хотя и была намного старше Филиппа, смотрела на него с девичьим восхищением. Изголодавшаяся по ласке за столько лет, она радовалась, что ей достался столь очаровательный и могущественный принц, и отдавалась ему с такой беспрекословной преданностью, что ее двор задавался вопросом, не была ли Англия уже подчинена Испании. Карлу V она скромно писала, что теперь «счастливее, чем я могу сказать, так как я ежедневно обнаруживаю в короле, моем муже, столько добродетелей и совершенств, что я постоянно молю Бога даровать мне милость, чтобы угодить ему».41
Желание подарить Филиппу сына, а Англии — наследника настолько захватило ее, что вскоре она забеременела. Ее аменорея теперь приветствовалась как королевский знак, и надежда заглушала мысли о том, что это состояние часто приходило к ней раньше. Расстройства пищеварения были приняты как дополнительное доказательство материнства, а венецианский посол сообщил, что «папы» королевы набухли и дали молоко. Долгое время Мария радовалась мысли о том, что и она, как самая бедная женщина в своем королевстве, может выносить ребенка; и мы не можем представить ее отчаяние, когда врачи наконец убедили ее в том, что ее отеки — это водянка. Тем временем слух о ее беременности пронесся по Англии; были организованы молебны и процессии по случаю ее благополучных родов; вскоре сплетники сообщили, что она родила мальчика. Магазины закрылись на праздник, мужчины и женщины пировали на улицах, звонили церковные колокола, а священнослужитель объявил, что ребенок «честен и прекрасен», как и подобает принцу.42 Разбитая разочарованием и стыдом, Мария несколько месяцев скрывалась от посторонних глаз.
В какой-то мере ее утешило возвращение кардинала Поула в Англию. Карл задержал его в Брюсселе, потому что Поул противился испанскому браку; но теперь, когда он был заключен, возражения императора стихли; кардинал, как папский легат, пересек Ла-Манш (20 ноября 1554 года) в страну, которую он покинул двадцать два года назад; и теплый прием, оказанный ему чиновниками, духовенством и народом, свидетельствовал об общем удовлетворении по поводу возобновления отношений с панацией. Он приветствовал Марию с помощью, едва ли не самой популярной фразы в его лексиконе: Ave Maria, gratia plena, Dominus tecum, benedicta tu in mulieribus, и он верил, что вскоре сможет добавить: «Благословен плод чрева твоего». 43 Когда парламент узнал, что Поул привез папское согласие на удержание конфискованной церковной собственности нынешними владельцами, все развеселились, как и положено на свадьбе. Парламент, стоя на коленях, выразил покаяние в своих преступлениях против Церкви, а епископ Гардинер, признавшись в собственной нерешительности, дал покаявшимся отпущение грехов. Было признано церковное верховенство Папы, подтверждено его право на аннаты и «первые плоды», восстановлены епископские суды, а приходская десятина возвращена духовенству. Были возобновлены старые статуты против лоллардизма, а цензура публикаций была возвращена от государства к церковным властям. После двадцатилетней суматохи все выглядело как прежде.
Филипп прожил с Марией тринадцать месяцев, надеясь вместе с ней на ребенка; когда не появилось никаких надежд, он умолял ее отпустить его в Брюссель, где его присутствие было необходимо в связи с планируемым отречением отца от престола. Она с грустью согласилась, пошла с ним к барже, которая должна была доставить его вниз по Темзе, и наблюдала из окна, пока баржа не исчезла (28 августа 1555 года). Филипп чувствовал, что выполнил свой долг, проведя тяжелый год в любовных утехах с больной женщиной, и вознаградил себя полнокровными брюссельскими дамами.
Теперь Поул был самым влиятельным человеком в Англии. Он занялся реорганизацией и реформой английской церкви. С помощью Марии он восстановил несколько монастырей и женских обителей. Мария была счастлива видеть, что старые религиозные обычаи снова живут, видеть распятия и святые картины в церквях, присоединяться к благочестивым процессиям священников, детей или гильдий, сидеть или стоять на коленях во время длинных месс за живых и мертвых. В Великий четверг 1556 года она омыла и поцеловала ноги сорока одной старухе,
- Шлезвиг-Гольштейнские войны - Кольмар фон дер Гольц - Военная документалистика / История
- Руссо и Революция - Уильям Джеймс Дюрант - История
- Детройт 2038 - Кицунэ Миято - Альтернативная история / История / Попаданцы / Повести / Фанфик
- Первый контрудар Сталина. Отстоять Ленинград! - Одиссей Вячеславович Мамонов - Военная документалистика / История
- Пушкин и Военная галерея Зимнего дворца - Владислав Глинка - История
- Римские императоры. Галерея всех правителей Римской империи с 31 года до н.э. до 476 года н.э. - Ромола Гарай - Биографии и Мемуары / История
- НКВД-МВД СССР в борьбе с бандитизмом и вооруженным националистическим подпольем на Западной Украине, в Западной Белоруссии и Прибалтике (1939-1956) - А. Кокурин - История
- Василий Суриков. Душа художника - Сергей Александрович Алдонин - Биографии и Мемуары / История
- Дикая полынь - Цезарь Солодарь - История
- Украинское движение в Австро-Венгрии в годы Первой мировой войны. Между Веной, Берлином и Киевом. 1914—1918 - Дмитрий Станиславович Парфирьев - История