Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Рассмотрим несколько примеров.
В изданной стенограмме одна из фраз Сокольникова о его отношениях со Сталиным звучит так:
Товарищи, позвольте мне сказать, что в течение целого ряда лет я работал рука об руку с товарищем Сталиным и ничего кроме самых лучших товарищеских отношений у меня с ним не было.
А вот как слова Сокольникова звучали на самом деле:
Товарищи, позвольте мне сказать, что в течение целого ряда лет я работал рука об руку с товарищем Сталиным и ничего кроме самых лучших товарищеских отношений у меня с ним не было, так же как и сейчас.
Таким образом слова Сокольникова из заверений в том, что Сталин был и остается его другом, превратили в неоднозначное утверждение о том, что до недавних пор они состояли в дружеских отношениях.
Еще один не менее характерный пример – растиражированное во многих публикациях заявление Сокольникова о должности генсека. В опубликованной стенограмме оно выглядит следующим образом:
Я думаю, что мы напрасно делаем из вопроса о том, кто должен быть генеральным секретарем нашей партии и нужен ли вообще пост генерального секретаря, вопрос, который мог бы нас раскалывать.
А вот что сказал Сокольников на самом деле:
Я думаю, что мы напрасно делаем из вопроса о том, кто должен быть генеральным секретарем нашей партии, вопрос, который мог бы нас раскалывать.
Итак, изначально Сокольников не ставил вопрос о возможном упразднении должности генерального секретаря, эти слова в его уста вложил неизвестный «доброжелатель» при исправлении стенограммы съезда.
Корректировке подверглось и выступление Сталина.
Всякому известно, что мы вынуждены сейчас ввозить оборудование. Но товарищ Сокольников превращает эту нужду в принцип, в теорию, в перспективу развития. Вот в чем ошибка товарища Сокольникова.
Эти слова приписывает Сталину опубликованная стенограмма.
Но на съезде генеральный секретарь ни о каком «превращении нужды в принцип», противоречившем сути выступления Сокольникова, не заявлял. В оригинале его претензия звучала гораздо мягче:
Разве я говорил об экспортно-импортном плане? Конечно, нет. Я ставил вопрос о двух основных руководящих линиях по построению нашего хозяйства в том смысле, чтобы хозяйство нашей страны было обеспечено самостоятельностью в обстановке капиталистического окружения. Я говорил в том смысле, чтобы нашу страну превратить из аграрной в индустриальную и т. д.
Несмотря на мягкость формулировок, звучавших на съезде, новая оппозиция была полностью разгромлена. Не последнюю роль в этом сыграло отсутствие единства. Участники оппозиции были согласны, что партии нужны изменения, но единого видения необходимых преобразований у них не было.
Между тем Сталин готовил почву для борьбы заранее – многие делегаты съезда оказались представителями партийно-государственной номенклатуры, назначение которой проводилось через ЦК, нередко по согласованию с самим Сталиным. Это обеспечило генсеку большинство.
Одним из основных итогов съезда стало провозглашение ускоренного превращения СССР из аграрной страны в индустриальную. Впервые за годы нэпа Сокольников потерпел такое серьезное поражение. Результаты выступления против Сталина не заставили себя ждать, уже 16 января 1926 г. Григорий Сокольников был снят с поста народного комиссара финансов.
Так нэп лишился своего главного сторонника и защитника в партийной верхушке. Начинался закат новой экономической политики.
Глава 9
Крушение мечты? окончательный слом нэпа
Первая пятилетка: борьба с наполеоновскими планами
Снятие Сокольникова с должности для многих стало неожиданностью, ведь в те годы сталинская кадровая политика еще не приобрела широкую известность. Резкое решение в отношении одного из отцов нэпа и твердой советской валюты вызывало удивление еще и потому, что наиболее конфликтная политическая часть выступления на съезде до народа не дошла: в «Правде» напечатали усеченный вариант, из которого исключили все сокольниковские заявления о Сталине и авторитете госсекретаря.
Без работы первый советский наркомфин оставался не слишком долго. Оставлять известного за границей советского финансиста не у дел было бы опасно – это лишь подтверждало ставшие достоянием зарубежных СМИ сведения об отсутствии единства в высшем руководстве СССР. Однако новое назначение стало для него едва ли не наказанием – 26 января 1926 г. Сокольникова поставили на должность заместителя председателя Госплана. Того самого Госплана, с невероятными прожектами которого он боролся уже не первый год.
Зная о хитрости Сталина, можно предположить, что этим назначением он планировал убить сразу двух зайцев. Во-первых, наказать зарвавшегося с его точки зрения Сокольникова, поставив его в очень сложное с профессиональной точки зрения положение. Во-вторых, включить в руководство Госплана опытного экономиста и оппонента плановиков, чтобы умерить их пыл и привести планы государства в соответствие с его реальными возможностями.
В начале 1926 г. в ведомстве велась разработка плана на следующий год и первого пятилетнего плана. Сокольникову приходилось работать рука об руку со своим недавним оппонентом Струмилиным, также занимавшим должность зампреда Госплана. Центральным вопросом в рамках планирования первой пятилетки стал выбор подхода, определяющего конкретные пути формирования плана.
Доминировали две точки зрения. Первый подход подразумевал приоритет рыночных и финансовых механизмов управления хозяйством страны. Его сторонники призывали формировать пятилетний план на основании объективных закономерностей развития экономики, выявленных в ходе тщательного анализа существующих тенденций. Приверженцы второго подхода, напротив, видели в плане орудие трансформации экономики. В плане нужно ориентироваться не на имеющиеся предпосылки, а на стоящие перед страной цели, утверждали они.
Нетрудно догадаться, что Сокольников был сторонником первого подхода, в то время как большинство его новых коллег по Госплану предпочитали вторую концепцию. Оказавшись в окружении оппонентов, «красный Витте» не поступился своей принципиальностью. Вновь и вновь ему приходилось спорить, доказывая, что советская экономика не выдержит ускоренной индустриализации.
Тем временем достижения бывшего наркомфина рушились у него на глазах. Срыв экспортно-импортного плана осенью – зимой 1925 г. привел к сокращению притока иностранной валюты. Уже к весне 1926 г. Госбанк стал испытывать затруднения с проведением валютных интервенций. Лишившись возможности поддерживать твердый курс червонца, власти отменили интервенции и ликвидировали единый курс червонной валюты.
Вместе с тем вновь была запрещена свободная покупка иностранной валюты. В этих условиях те, кто имел возможность, начали вывозить огромные суммы в червонцах за рубеж с целью их обмена на валюту. Вскоре был объявлен запрет на вывоз червонца. Несмотря на формальное сохранение нэпа, советская экономика вновь стала замкнутой, как в годы «военного коммунизма».
Росла и эмиссия. Количество денег утроилось всего за два года. Если к 1 апреля 1924 г. объем денежной массы в обращении составлял 400 млн руб., то к 1 апреля 1926-го он вырос до 1200 млн руб.
Сокольников, продолжавший публиковаться в газетах вопреки политической опале, пытался противостоять уничтожению конвертируемого червонца и давать советы новому руководству Наркомфина.
У
- Александр Антонов. Страницы биографии. - Самошкин Васильевич - Биографии и Мемуары
- Петр Великий и Военно-Морской Флот России - Игорь Николаевич Хмельнов - История / Морские приключения
- История Петра Великого - Александр Брикнер - История
- Сталин и Военно-Морской Флот в 1946-1953 годах - Владимир Виленович Шигин - Военное / История
- Становление нации. Религиозно-политическая история Англии XVI — первой половины XVII в. в современной британской исторической науке - Владимир Ерохин - История
- Империя Петра Великого (1700-1725 гг.) - Коллектив авторов - История
- Полководцы Петра I. Борис Шереметев, Федор Апраксин, Родион Боур, Никита Репнин, Яков Брюс, Александр Меншиков, Михаил Голицын - Михаил Мягков - Биографии и Мемуары
- История военно-окружной системы в России. 1862–1918 - Николай Ковалевский - История
- Народная история России. От Первой мировой до установления советской власти - Денис Станиславович Проданов - Биографии и Мемуары / Историческая проза / История
- Русский флот до Петра I (1496 – 1696) - Александр Александрович Смирнов - Биографии и Мемуары / Исторические приключения