Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Сперва пенсионер не мог понять, где оказался, однако вскоре испуганно вздрогнул. Похоже, что по неосторожности он забрел на правительственные дачи. Сразу вспомнились рассказы соседей о том, что километрах в 10 от поселка есть несколько дач, которые охраняют военные, и что там можно и на собак попасть, и даже на пулю. От этой мысли пенсионеру стало не по себе, к горлу подкатил комок, он, стараясь не дышать, сделал нерешительный шаг назад, в лес, и присел за кустиком. Оглянулся, вокруг стояла зловещая тишина. Василий Степанович сунул в рот грязный палец со вкусом сырых грибов, основательно его послюнявил и поднял вверх, определяя направление ветра. Ветер дул к озеру, значит, собаки и военные не должны были его учуять. Пять минут он сидел, прислушиваясь к каждому шороху и напряженно вглядываясь в силуэт дома. Там не было ни движения. Все тихо. Похоже, дача пустовала. Сам поражаясь собственной смелости, пенсионер достал из лукошка молодую сыроежку и кинул ее в сторону бани. Она упала в траву в нескольких метрах. Тогда грибник пошарил рукой вокруг и выковырял небольшой камешек неправильной формы.
Потея от волнения, он привстал и посмотрел на окна дома. Тот словно испытывал его в ответ – как молчаливый великан, блестел, не мигая, в синих отражениях неба стеклами. Василий Степанович отмерил на глаз расстояние – до дома было не добросить, а вот до бани – вполне реально, размахнулся и бросил камень. Эффект оказался куда большим, чем ожидалось. Метив в крышу, пенсионер промахнулся, и камень попал точно в форточку, звонко цокнул, и тут же стекло треснуло и осыпалось. В ужасе от того, что наделал, Василий Степанович упал на карачки и быстро пополз в лес, оставив под кустом лукошко и перочинный ножик.
Те двадцать метров, что он преодолел по пересеченной местности, были самым кошмарным путешествием в его жизни. Тяжелый рюкзак съехал на одну сторону, отчего он двигался больше не вперед, а вбок, прилагая титанические усилия, чтобы сохранить равновесие. Каждый миг он ожидал, как стальные челюсти волкодавов сомкнутся на его причинном месте, а дорогу преградит кирзовый сапог… Однако прежде его настиг собственный возраст.
Не в силах больше ползти, он завалился на бок у старой березы, хватая ртом воздух и чувствуя, как отнимается левая рука. При этом он испуганно шарил глазами по сторонам и только через несколько минут убедился, что по-прежнему один в этом месте. Отдышавшись, Василий Степанович поправил рюкзак и уже смелее направился к брошенному лукошку. Поднял его, нож сунул в карман, постоял еще немного и вышел на открытое место. Тишина.
Подошел к бане и заглянул внутрь. Внутри на подоконнике лежали осколки, по бокам были расположены две лавки, посредине – стол, на котором стоял железный чайник с изогнутым носиком. На вешалке – что-то вроде халата.
Уже почти не опасаясь, он скинул рюкзак с плеч, лукошко поставил рядом и, обогнув баню, приблизился к дому. Поднялся по крыльцу и нарочито громко постучал в двери. И действительно, с какой стати ему бояться. Он заблудился, ищет дорогу. За это же не расстреливают?! Не те времена!
Через секунду, оглянувшись для порядка, Василий Степанович нахально прильнул к окну: ба! В комнате стояли кресло-качалка, очень приличного вида столик с газетами и журналами, а сбоку – телевизор! В этот момент в голову пенсионера пришла очень плохая мысль. Окончательно обнаглев, он дернул ручку двери на себя. Закрыто. «А, буржуи! – недобро подумал он. – В то время, как рабочие люди вынуждены на пенсии добывать себе пропитание земледелием и собирательством, у них телевизор без присмотра стоит и кресло-качалка!»
Василий Степанович вспомнил, как он несколько лет назад вот так же стоял у ЛЭП и колебался, срезать ему провода или нет. Деньги нужны были. С одной стороны, опыт работы электриком позволял ему это сделать профессионально и быстро. За несколько часов работы можно было намотать на полпенсии. С другой стороны, ему было мучительно стыдно уже только за то, что он пришел сюда с двухколесной тележкой.
Тогда он не смог пересилить себя и вернулся домой, пару дней мучился, потом все-таки решился. Снова взял тележку, инструменты и пришел к ЛЭП. И что бы вы думали?! Столбы стояли голыми. Вот так! Кто-то уже постарался. Жутко переживал тогда Василий Степанович. Потом все же решил, что так тому и быть, но вот теперь ситуация повторяется. Оправдание своему грядущему поступку он нашел очень быстро. Как и герой его любимого фильма «Берегись автомобиля!», свои действия грибник посчитал даже благородными – вернуть народу, то есть Василию Степановичу, что когда-то отняли у всей страны эти партократы, которые теперь демократы, которые рвутся в аристократы!
Он обошел весь дом, по-хозяйски заглядывая в окна и высматривая что-нибудь ценное. В итоге набрался целый список: от блестящего половника на кухне до картины с цветочным натюрмортом в спальне. Добравшись до пристройки, пенсионер попытался заглянуть в щели гаражных ворот. Внутри было темно, пришлось несколько минут привыкать к освещению, пока наконец он не разглядел круглую фару и руль – внутри стоял мотоцикл. Вот это да! Василий Степанович, не сдержавшись, ахнул.
Перед тем как отправиться домой, он подобрал ветку и положил ее прямо перед крыльцом – если хозяева вернутся – ветку обязательно уберут. Подняв рюкзак и лукошко, пенсионер двинулся в путь. Как он и предполагал, дорога, начинавшаяся у дачи, привела его на трассу. А там уже до поселка рукой подать. Добравшись домой поздно вечером, с полным рюкзаком непроданных грибов, он практически сразу упал на постель. А ночью ему приснился сон.
К нему в дверь стучит озорная почтальонша. В резиновых сапожках, плотно обхвативших икры, на ней защитное военное платье, перетянутое ремнем на поясе. Сумка на плече. Она, улыбаясь, протягивает Василию Степановичу начищенную до блеска медаль и тяжелую железную цепь, в которых пенсионер безошибочно узнает космодиск и циркониевый браслет.
Проснувшись в приподнятом настроении, грибник весь день посвятил подготовке к спецоперации. Дом, ставший мишенью благородных притязаний, как уже говорилось, находился от поселка километрах в десяти. Путь неблизкий. Пенсионер подготовил инструмент, фонарик, веревку, бутерброды. Сложил все в рюкзак. Взял для отвода глаз свое обычное лукошко и на следующее утро отправился в путь.
День обещал быть солнечным, даже жарким. Солнце едва приподнялось над лесом, но уже припекало. Василий Степанович прошел до конца улицы, кивнул по дороге паре знакомых и походкой обычного грибника отправился с лес. Достигнув первых деревьев, он изменил направление, обошел поселок по дуге и устремился к трассе. Спустя два с половиной часа он был на месте. Дом встретил его той же тишиной, ветка, которую без пяти минут домушник оставил у крыльца, лежала нетронутой. В последний раз отказав совести в приеме, пенсионер принялся за дело.
Прежде чем перейти к дому и гаражу, он решил осмотреть баньку. Без труда проник внутрь, сорвав гвоздодером навесной замок. В раздевалке все было так, как он это видел пару дней назад. На столе – чайник, две лавки, у окна – осколки стекла. А вот с вешалкой ему повезло. То, что он раньше принял за халат, на самом деле оказалось военной шинелью, слегка потертой, но еще очень даже в хорошем состоянии. Пенсионер повесил свою куртку на вешалку и натянул шинель. Человек, который ее носил, был немалого роста – полы шинели свисали с Василия Степановича до самых щиколоток, а из рукавов торчали только кончики пальцев.
И в этот момент до пенсионного слуха донеслось тихое урчание. Василий Степанович критически глянул сквозь шинель на желудок – до обеда было еще часа два, однако урчание не прекратилось, более того, оно переросло в отчетливый звук, который доносился с улицы! Ледяной холод вмиг пробежал по спине грибника, он машинально выглянул на улицу, чтобы окаменеть от ужаса, – к дому приближался автомобиль! Бежать через двери было поздно, высокая темная иномарка выехала на поляну перед домом. Пенсионер бросился к разбитой форточке, взобрался с коленями на подоконник, просунул голову и левую руку наружу и попытался протиснуться целиком, но скорее бы верблюд прошел через игольное ушко, чем Василий Степанович через банную форточку.
Двигатель машины замолк.
Спасительный лес был всего в тридцати метрах, но при этом он был бесконечно далеко. Тихо, почти беззвучно пенсионер заскулил от испуга и слез с подоконника. Путаясь в полах шинели, схватил свой рюкзак, в котором предательски громко звякнули железные инструменты, и замер посреди комнаты. Теперь был один путь – в парную, где напротив каменки лесенкой была сделана деревянная полка. Пенсионер бросился к печке, кинул рюкзак перед собой, затем протиснулся между печкой и стеной и замер в ожидании трагической развязки.
Спустя полминуты дверь бани со скрипом отворилась, и раздался скрежет крошащегося стекла под чьей-то подошвой. Вошедший сразу открыл дверь в парную. Несколько секунд висела напряженная тишина, Василий Степанович почти тактильно ощущал, как в его мягкое место, развернутое к выходу из убежища, вот-вот ткнется тяжелый каблук и послышится:
- Но-шпа на троих - Дарья Донцова - Иронический детектив
- Белая женщина - Михаил Маковецкий - Иронический детектив
- Холодное блюдо - Павел Ганжа - Иронический детектив
- Не спеши умирать в одиночку - Сергей Гайдуков - Иронический детектив
- Агент 013 - Дарья Донцова - Иронический детектив
- Кляча в белых тапочках - Елена Логунова - Иронический детектив
- Любимые забавы папы Карло - Дарья Донцова - Иронический детектив
- Чудеса в кастрюльке - Дарья Донцова - Иронический детектив
- Будьте моей вдовой или Закон сохранения вранья - Галина Куликова - Иронический детектив
- Забор из волшебных палочек - Наталья Александрова - Иронический детектив